Усмехаюсь, признавая ее правоту. Да, я всегда была отчаянной. Даже в те времена, когда мир вокруг казался мне чистым и светлым, я была полна сюрпризов.

— А на что ты жила? Неужели работала? — интересуется Дубинина.

— Брат помог мне снять квартиру и подкидывал денег время от времени.

— Я помню Антона. Он как раз заканчивал школу, когда ты ушла из гимназии. Красивый у тебя брат. По нему все девчонки с ума сходили, помнишь?

Как всегда, при упоминании о нем, да ещё и в контексте беззаботного прошлого, я улыбаюсь:

— Тоша и сейчас такой.

Но женился четыре года назад.

Лерку, кажется, удивляет мой ответ:

— Правда? И на ком? Деток уже завел?

Улыбка сползает с моего лица. Не планировала, чтобы наш разговор сворачивал в это русло, но ничего не поделаешь. Нехотя отвечаю:

— Нет ещё. А с его женой у меня отношения не очень.

«Потому что Милашечка всего-то вскрыла себе вены в день их свадьбы, делов-то», — фыркает чертенок, когда я, заглушая его голос в своей голове, бормочу:

— Да как-то характерами не сошлись.

В тот день мне казалось, что невеста Антона — Женя забирает у меня единственного в мире человека, которому я могу доверять, вот я и решилась на суицид.

Сейчас, вспоминая произошедшее и уровень поднятой моим глупым поступком шумихи, понимаю, что, наверное, не стоило. Но сделанного не воротишь.

«Ох, нашла из-за чего переживать, — отмахивается чертенок. — Это было давно и неправда».

Спрашиваю у Дубининой, умело сдвигая фокус нашего разговора с меня на нее.

— А как сложилась твоя жизнь?

— Моя — не в пример твоей скучно, — делится Лерка, когда Гелендваген останавливается на светофоре.

 — Окончила школу и институт, стала заместителем отца в «Азиатско-Тихоокеанском Альянсе», а там встретила Никиту. Не ждала, что он сделает предложение. До сих пор иногда не могу поверить и задаюсь вопросом, что такой шикарный мужчина как он, нашел в такой, как я?

Я, честно говоря, тоже этим вопросом задаюсь, но не спешу признаваться собеседнице. Сдерживаю ухмылку и многозначительно выдаю заезженную фразу:

— Любят не за что-то, а вопреки всему.

«Ага, вопреки старомодной прическе, носу-картошке и нелепому телосложению», — злорадно добавляет чертенок, а я отворачиваюсь к окну, пряча улыбку, которая все же расцветает на моих губах от его глупого, но точного заявления.

Мы въезжаем в ворота, где Лера опускает стекло и сообщает охране, что нас уже ждут.

Служащие контрольно-пропускного пункта указывают дорогу к нужному причалу.

— Может, и правда, вопреки, — задумчиво произносит Дубинина, приходя к каким-то своим выводам, но тут же оживляется: — Вон они.