Но они все такие же свежие и бархатистые, как в тот день, когда Нестеров всучил мне букет.

Глядя на часы, мысленно чертыхаюсь. Как можно вставать в такую рань? Кажется, мне даже снилось что-то приятное, но теперь, хоть убей, не вспомню, что именно. Из-за таблеток редко вижу сны и то, что упустила один из них, ожидаемо вызывает раздражение.

— Заеду за тобой в начале двенадцатого и вместе поедем на причал. Марк и Ник уже уехали, чтобы закупить провизию и загрузить вещи. Так будет удобнее, незачем гнать туда сразу четыре машины, — тараторит Дубинина, пока я, смирившись с неизбежным, отправляюсь в ванную, со смартфоном у уха.

И услышав в ответ «до встречи», кладу трубку, закончив диалог, в котором мне принадлежали только два слова.

«Может ну его, этот остров, Милашечка? — подстрекает продинамить поездку чертенок. — Вернемся в постельку и доспим ещё пару часиков».

Зеваю во весь рот, выдавливая зубную пасту на электрическую щетку. Взъерошенное и сонное отражение в зеркале намекает, что для того, чтобы выглядеть совершенством, нужно причесаться, умыться, сделать маску и макияж.

— Же можу, — громко отвечаю я, заглушая мерное жужжание щетки во рту.

«Чего-чего?» — тоже зевая переспрашивает чертенок.

— Сахаров, говорю, меня там ждет, — повторяю для непонятливых, когда вытаскиваю щетку и, прополоскав рот, выплевываю воду с пастой в раковину. — И я не могу не поехать.

Приклеиваю под глаза ярко-розовые гидрогелевые патчи, наскоро делаю вакуум и планку. Пока пью кофе, делаю несколько асан йоги и на ходу бросаю в спортивную сумку Луи Виттон три комплекта белья, полотенце, купальник, кроссовки, пару футболок, спортивный костюм, бейсболку и рваные джинсы-багги.

Сумка уже застегивается с трудом, но я с упорством, достойным лучшего применения, впихиваю туда огромную косметичку и внешний аккумулятор для того, чтобы заряжать телефон в отсутствии электричества.

«Ничего не забыла? — интересуется чертенок, нацепивший на себя соломенную шляпу с огромными полями, солнечные очки, походный рюкзак вдвое больше его самого, и высокие резиновые сапоги в белый горошек.

— Нет. Но насчет шляпы, классная идея.

Лера уже сообщила, что ждет меня в машине, когда я, не торопясь, облачаюсь в женственное нежно-розовое платье-миди с запахом и белые сандалии на массивной подошве. Дополняю образ солнечными очками цвета хрустальной розы и соломенной шляпкой с ленточкой.

«Не торопись ты так, — ворчит запыхавшийся чертенок. — Подождет твоя Дубинина, ничего у нее от этого не треснет. И таблетки возьми, иначе три ночи бессонницы нам с тобой гарантированы».

— Никита вообще-то тоже ждет.