Я наблюдаю за Асадовым, кусая губы. Та же уверенная походка, то же выражение лица, но передо мной совсем другой человек. Я больше не знаю его. Измайлов передаёт Динару какие-то бумаги, они что-то обсуждают пару минут, и Динар возвращается за руль. Бросает папку с документами на соседнее сиденье.

— Мне завтра нужно улететь по делам в Москву. Я вернусь примерно через три дня. Когда у вас самолёт домой?

— В конце недели.

Динар кивает и заводит двигатель, машина трогается с места. Мы выезжаем на дорогу, с его лица ни на секунду не сходит задумчивое выражение.

— Я постараюсь вернуться к вашему отлёту, — говорит он, но я никак не реагирую на его слова.

Для меня только в плюс, что эти дни его не будет рядом. Потому что непрекращающаяся гроза и шторм, ворвавшиеся в мою тихую и размеренную жизнь, заливают правдой всё вокруг. Мне нужна передышка.

Мы подъезжаем к воротам. Динар осторожно достаёт сына и прижимает к себе. Касается губами чёрной макушки и успокаивает Тимура, когда тот приоткрывает глаза. В горле встаёт ком, когда я вспоминаю его слова про детство и мать. Понимаю, почему он не оставит нас. Будь я на его месте, испытывала бы такие же чувства.

Динар прав: любви много не бывает, особенно когда ему самому в детстве её не хватало.

Мы поднимаемся на второй этаж. Динар укладывает Тима на диван, и я снимаю с него обувь, расстёгиваю курточку и включаю видеоняню. Затем Асадов спрашивает разрешения осмотреть окна в гостиной и на кухне, и мы идём вниз.

— Рабочие всё доделали, — отчитывается Сима, заметив нас. — Во дворе теперь просто сказка. Я давно Наташе говорю, что здесь прекрасное место. Вокруг зелень, парк… Раздолье для ребёнка!"

"— Да, всё отлично сделали, — соглашается Динар, довольно улыбаясь, и переводит взгляд на меня: — Проводишь?

Оставаться с ним наедине я не хочу, но иду следом в прихожую.

Вчерашняя сцена в ванной и его прикосновения ещё свежи в памяти. Новых, накануне нашей поездки с Ильёй в ресторан и в Карелию, мне не нужно.

Динар обувается, но уходить не торопится. Странные я испытываю чувства. Лишь сильнее штормит от всей информации, которую услышала. И внутри нет ни грамма облегчения. Асадов поднимает руку и нежно гладит щёку пальцами, но для меня это очередная пытка. Хочу отвернуться, но Динар ставит руки по обе стороны от моей головы и блокирует меня.

Дух захватывает от его близости и запаха, в мыслях появляется паника, когда его дыхание касается виска. Он наклоняется так, что волосы падают ему на лицо. И его взгляд в этот момент…

— Первое время, пока ты не улетела, я часто приезжал к твоему дому, а потом перестал. Парфёнову не было дела до моих слабостей, но другим показывать своё уязвимое место было опасно. Знаешь, как мы с парнями в плен попали? По глупости и из-за отсутствия опыта.