Очень хорошо я помнила вязкую от горя атмосферу этого дома. Оказаться там второй раз и снова страдать от невозможности хоть как-то помочь этим людям было просто невыносимо. Поэтому я решила дождаться кого-то из Кузнецовых во дворе, у подъезда. Ведь выходят они из дома когда-нибудь. Хотя бы за хлебом.

Я уселась на скамейку возле нужного подъезда и приготовилась ждать. Для этого натянула на голову капюшон куртки и сунула руки в карманы — по утрам было уже совсем холодно.

Грохот подъездной двери вывел меня из оцепенения, в которое я впала незаметно для себя. Может, я уснула на этой скамейке? Я тряхнула головой, прогоняя остатки сна, и повернулась, чтобы увидеть, кто вышел.

Лучше бы я и дальше спала на этой чертовой скамейке, тогда бы у меня был шанс остаться незамеченной.

Прямо ко мне, широко улыбаясь, шла Лида Новикова. Лучше бы я к Кузнецовым поднялась.

— Здравствуйте! А вы опять к нам? — Лида, похоже, была очень рада неожиданной встрече.

— Да нет, я просто мимо проходила, — внезапно сообразив, что сидя на скамейке, нельзя «проходить мимо», я поспешила исправиться, на сколько это возможно в такой дурацкой ситуации. — Я здесь недалеко была по делу, да вот присела отдохнуть. Красивый у вас двор.

Лидочка обвела двор удивленным взглядом. Две реликтовые скрипучие качели, песочница со слежавшимся до твердости базальта мокрым песком и пара скамеек. Любоваться было особенно нечем. Но Лида Новикова была патриоткой. А может, просто не захотела меня расстраивать, поэтому согласилась:

— Да, у нас уютно. А может, ко мне поднимемся? Чайку попьем.

— Я бы с удовольствием, да времени совсем мало. А вы ведь тоже куда-то спешили?

— Да нет, я просто прогуляться вышла. Заодно хотела печенья купить к чаю.

Она села рядом и закинула ногу на ногу. Печеньем она решила пожертвовать ради интересного разговора. Я в пятьдесят второй, наверно, раз пожалела, что не пошла сразу к Кузнецовым.

— Лида, а вы кем работаете? — спросила я для поддержания разговора. — Вам на работу сегодня не надо, что ли?

— Так я же продавцом в гастрономе. Неделю работаю, неделю дома. У меня выходной сегодня.

Да уж, отделаться от Лиды не так-то просто. Я смирилась с тем, что все мои планы летят кувырком, и приготовилась слушать соскучившуюся по общению Лидочку. Правда, через какое-то время мне снова удалось впасть в то благостное оцепенение, из которого меня вывела хлопнувшая дверь. Я пригрелась в капюшоне, вытянула ноги, откинулась на спинку скамейки… Лидочкино жужжание убаюкивало, солнышко пригревало, жизнь была вполне сносной.

— А как он ее любил! Мама дорогая, такое даже представить трудно. Вроде сопляк совсем, класс пятый или даже четвертый, а уже любовь. Причем, настоящая, не детские глупости какие. Все как положено. Да он ради нее на все готов был.