А вот ожидание…

Сначала я жутко волновалась, все пыталась представить, что же происходит сейчас там, внутри, возле стойки регистрации. У меня даже ладони вспотели от волнения. И сердце бухало так, словно это я высматривала среди толпы пассажиров Ольгу Кузнецову. Пыталась незаметно подобраться поближе, решала, как схватить ее, не привлекаю внимания других людей.

Потом я вдруг представила, что это я стою сейчас в очереди на регистрацию. Я сжимаю в руке билеты. И эти билеты для меня не просто яркие кусочки бумаги, дающие право на посадку в самолет. Эти билеты — пропуск в другую жизнь. В сказку, о которой мечталось всю жизнь. Которая всю жизнь от меня ускользала, подсовывая вместо себя ненавистные серые будни, ничем не отличающиеся друг от друга дни. Эти билеты — пропуск в мечту. Волшебная палочка, исполняющая желания. И теперь все мои желания исполнятся. Все будет по другому. И у меня, и у моего ребенка, который ни в чем не виноват, который заслужил сказку больше всех.

Я так увлеклась, представляя, что должна чувствовать сейчас Ольга, что пропустила момент, когда Димыч с Борей вышли на улицу.

Вроде, смотрела внимательно, даже глаза заболели. И все равно заметила их слишком поздно. Хотя, заметь я их раньше, ничего не изменилось бы. Ничего особенно захватывающего в их появлении не было. Шли себе, по сторонам головами вертели. Рядои с Борей маячил еще один мужик. Самый обыкновенный: среднего роста, средней комплекции, средней внешности. Лицо самое обычное, из тех, что забываются через пять минут после того, как пропадают из вида. Волосы русые, цвет глаз различить не удалось, но наверняка какие-нибудь серые. У таких незапоминающихся людей они обычно серые.

Только когда они дошли до милицейского «УАЗика» и Боря открыл перед своим спутником заднюю дверь, я поняла, что не просто так они шли рядом. Мужик полез внутрь, замешкавшись на пороге, и следом за ним потянулась Борина рука, пристегнутая невидимыми из-за рукава куртки наручниками.

Димыч дождался подошедших следом Толика с Серегой, сказал что-то, махнул рукой в сторону своей машины и побрел к ней, ежась на ветру. Толик постоял еще пару секунд и пошел следом.

Он сел на заднее сиденье и вежливо поинтересовался:

Я помотала головой, но Толик решил пояснить все подробно. А может, просто не мог сидеть молча.

— Мне места там не хватило. Борька с этим хмырем все сиденье заняли.

— Ничего, потеснились бы. Не баре, — буркнул Димыч, садясь в машину. — Ладно уж, поехали с комфортом.

Я переводила недоуменный взгляд с одного на другого. Как это поехали? А как же Ольга Кузнецова?

— Не успели, объяснил Димыч, глядя строго перед собой. — Улетела птичка.

— А это что за мужик?

— А это как раз гражданин Сиротин. Подпольная кличка «Лелик». Он, видно, зазнобу свою провожал.