То, что вы говорите, звучит убедительно, но ни у кого, кроме вас, не было повода мстить Маргарите Репниной.

— Вы можете делать все, что считаете нужным, — сказал Марк и закрыл лицо руками. — Но я клянусь вам памятью моих сестры и матери: я ее не убивал.

Олег слегка кивнул, и матрос Илья, снова верно расценив данное ему указание, потянул Марка за рукав, пойдем, мол. Оглядев всех собравшихся полубезумным взглядом, Марк вышел из каюты.

— Представление окончено, — мрачно сказал Веденеев. Он был страшно недоволен собой и смертельно хотел спать.

Усталость наваливалась так стремительно, что он испугался, что он сейчас устроит еще один спектакль, упав в постыдный обморок. Сцепив зубы, он, ни на кого не глядя, неверными шагами вышел из кают-компании, спустился на два этажа ниже, добрался до каюты, повернул ключ, отпирая замок, рухнул на кровать и через минуту уже спал.

* * *Марьяна заглянула в капитанскую каюту, которую Олег оставил незапертой, убедилась, что он беспробудно спит, тихонько улыбнулась, потому что во сне он выглядел не суровым и опытным морским волком, а беззащитным и трогательным, как ребенок. Когда-то давно одна из ее подруг утверждала, что все мужчины во сне становятся похожими на детей, но с этим Марьяна была, пожалуй, не согласна."

"Например, в спящем Гордоне не было совсем ничего детского, наоборот, во сне черты его лица становились резче, грубее, проявляя внутреннюю суть эгоцентричного, циничного человека, способного на все ради собственной выгоды и ни во что не ставящего интересы других людей. Даже в самый разгар их романа она не любила смотреть на него, когда он спит, потому что в эти минуты она начинала его бояться, словно предчувствуя все то, что потом произошло между ними.

А вот спящий Олег выглядел совсем по-другому, словно сон расслаблял некую неведомую Марьяне взведенную в нем пружину, являя миру тонкую, чувствительную, пожалуй, даже ранимую душу. В какой-то момент у Марьяны мелькнул соблазн лечь рядом, разбудить его, чтобы повторилось то прекрасное, что было между ними пару часов назад, но она сдержалась. Ее мужчина нуждался в отдыхе, именно сейчас было отчетливо видно, насколько он не железный. Что ж, она даст ему отдохнуть, потому что никуда не торопится. У нее было впереди много времени. Не до прибытия «Посейдона» в порт назначения, а вообще, в целом.

Почему-то именно сейчас к Марьяне пришло отчетливое понимание, что с этим мужчиной она проведет остаток своих дней. Она видела будущее так четко, как будто разглядывала картинки в большой красивой древней книге. Книге судьбы. Там был маленький домик у моря и большая красивая яхта где-то на горизонте, и следы ног на песке, женских и детских, и горячий шепот в ночи о самом важном, самом главном, что только может быть в жизни, о любви.