Не дожидаясь приглашения, он потянулся к бутылке и плеснул в кружку добрую кварту спиртного. — Я знаю, что барабаны передали сообщение, даже если я не знаю код!

— Мне известно не больше, чем вам, — ответил Сэм. Затем он сообщил Джону требование Хаскинга.

— Эти черные окончательно обнаглели, — проворчал Джон. — Но мы получим эти металлы, тем путем или этим! Селинайо в них не нуждается, а нам они необходимы! И мы готовы хорошо заплатить!

— Чем? — сказал Файбрас. — Селинайо не возьмет ни оружия, ни алкоголя. Чем же вы собираетесь платить?

— Миром — возможностью жить без войны!

Файбрас пожал плечами и усмехнулся, что еще больше рассердило Джона.

— Я полагаю, мы обсудим этот вопрос с Хаскингом и попытаемся решить его, — миролюбиво сказал Сэм. — Было бы так хорошо иметь, наконец, радио и телевидение...

Но Джон не был склонен к компромиссу. Уставившись в лицо Файбраса тяжелым взглядом, он проревел:

— Дело с Селинайо — наше дело, и никто не должен в него соваться!

— Я передам это Хаскингу, — сказал Файбрас. — Но Хаскинг — сильная личность. Он не допустит, чтобы ему угрожали белые капиталисты и империалисты.

Сэм задохнулся, а Джон выпучил глаза.

— Да, да, так он вас называет, — продолжал Файбрас. — И он прав — если, конечно, исходить из его определения этих терминов.

— Он называет меня так, потому что я строю Корабль! — вскричал Сэм. — Но известно ли вам, для чего предназначается это судно, какова его задача...?

Он резко оборвал фразу, пытаясь взять себя в руки. Он едва не проговорился о Таинственном Пришельце!

— Задача? — с интересом спросил Файбрас. — Какая задача? Что вы хотите сказать?

— Ничего, — быстро ответил Сэм.

— Абсолютно ничего. Я только хочу добраться до верховьев Реки, вот и все. Возможно, там кроется секрет этого безумия, кто знает? Одним словом, я использую метеоритное железо для строительства мирного судна, предназначенного только для путешествия. Кто-либо другой мог бы использовать этот металл для агрессии и завоеваний, вместо моих туристских целей!

Он постепенно успокаивался, и его речь становилась все более плавной.

— Теперь перейдем к Хаскингу. Он постоянно повышает цены на сырье, и мы безропотно платим, хотя могли бы взять его силой.

Был случай, когда Джон принес вам свои извинения. Если вы думаете, что Плантагенету легко это сделать, значит, вы плохо знаете историю. Хаскинг слишком нетерпим. Конечно, он ненавидит белых и мне трудно порицать его за это. Но здесь не Земля! Мы живем тут в совершенно других условиях!

— Но каждый человек принес сюда свой внутренний мир, — сказал Файбрас. — Свою ненависть и любовь, антипатии и привязанности, предрассудки, побуждения — все, все.