У нее брали анализы, ей делали УЗИ, в нее пихали пальцы и всякие медицинские штуки. А сейчас я упираюсь своим возбужденным агрегатом ей в бедро.

Куда, мля? Будь человеком, Царев! Ты же не животное!

Хомо сапиенс, мать вашу, а не какой-то там неандерталец. Разумный мужчина, который бережет и уважает свою женщину. Беременную, между прочим…

Мозг есть? Есть! Так какого хрена он не следит за руками, которые в эту самую секунду задирают тонкую, шелковую блузку, обнажая плоский животик…

Все. Стоп! Вот тут пора притормозить. Потрогали, проверили свое сокровище – и хватит. Пришло время закрывать сейф.

Немного согрею трепещущее тело ладонями – и уберу загребущие лапы к чертям озабоченным.

Я же сильный, я смогу. Ширинка по-прежнему трещит от напряжения, но здравый смысл победит. Я почти успокоился.

- Ро-ом, - тянет Лина, облизывая губки и собираясь что-то спросить. Медлит, собираясь с мыслями и часто, соблазнительно дыша. – М-м-м, а-а…

""А-а-а!"" - мысленно ору.

Все, занавес. Шоры на глазах. Мозги всмятку.

Диким движением разрываю блузку, не щадя круглых, блестящих пуговиц, что искрами разлетаются в стороны. Бесцеремонно спускаю лифчик, о чем давно мечтал. Слепну от красоты идеальных форм. Любуюсь доли секунды, а потом все…

Вспышка - и пелена перед глазами.

Прихожу в себя, когда ладони массируют мягкие, упругие полушария, а язык скользит по ложбинке между ними.

Лина обхватывает мои запястья – и замирает. Держит, впиваясь ногтями, но не пытается убрать.

- Рома, - зовет, когда я наклоняюсь к ее груди. Зависаю в миллиметре от набухшей, острой вершинки. Непокоренный Эверест, чтоб его! Миллион раз присвоенный в мечтах, но недосягаемый в реальности.

- Что? – специально дую на ее грудь, слегка касаясь губами. Вижу, как отзывчиво реагирует Лина. Чувствую, что она тает, хоть и борется с собой.

- А твои… - стонет, когда я все-таки целую желанную округлость, - анализы… - чуть ли не всхлипывает от моих игр языком, - где?

Смачно чмокнув на прощание, нехотя отстраняюсь. Чувствую, как женские ладони твердо опускаются на мои плечи и нажимают.

- А? – поднимаю голову, встречаясь с воинственным, огненным взглядом.

«Кина» не будет: актеры ругнулись по-немецки и вышли на забастовку.

- А-а-ана-ализы, - шумно выдыхает Лина, врезаясь пальчиками в мои мышцы. – Как у Ника. Все эти сложные названия болячек. Откуда мне знать, что у тебя их нет, м-м?

При каждом слове, что она с трудом выбивает из себя, ее грудь лихорадочно вздымается, привлекая внимание. Мелкая раскраснелась, ерзает подо мной, горит от желания, которое старательно пытается спрятать. Ее красивое тело мое – сомнений нет. Предало свою хозяйку и теперь подчиняется только мне. Каждая клеточка искрит от моих прикосновений. Бархат кожи вспыхивает и пылает под ладонями.

Однако мозг бунтует.