"

"Подружка спустилась в кафетерий, где Ольга уже ждала ее с двумя латте. В субботний день клиника функционировала в обычном режиме, у Лены через двадцать минут была запись, и Оля в который раз подумала, что в жизни давно пора что-то менять…

— Какой же у нас народ тупой, Оля, — закатила глаза подруга, слизывая с губ пенку. Оля махнула рукой, ей ли не знать. — Вчера мужик пришел на колоноскопию. Моя медсестричка ему выдала процедурные трусы, ну эти, знаешь, одноразовые, с дыркой сзади. Так этот дятел их задом наперед надел. Он как из-за ширмы вышел, я чуть не подавилась, а смеяться же нельзя, они у нас обидчивые! Катерина, медсестра моя, в угол забилась и ржет, а мне лицо держать надо.

— И что ты?

— Ничего. Отправила назад за ширму переодеваться. Видела бы ты это зрелище, уссаться можно. Мама для мамонтенка, блин…

Оля и представила. Смеялась, аж слезы выступили. Они с Ленкой немного поболтали, в результате договорились сходить завтра вечером втроем в кафе. Затем подруга вернулась в кабинет, а Ольга вышла из клиники и решила пройтись.

Ей предстояло еще придумать ненавязчивый способ выпытать у Виктора, как вообще такие люди как Ямпольский решают проблемы с огнестрелами, и при этом самой не нарваться на допрос.

Глава 7

Ближе к вечеру Ольгу предсказуемо начала мучить совесть. Треклятый перфекционизм и синдром отличницы нашептывал, что она поступила очень нехорошо, даже безответственно, сбагрив выданный инвентарь Ямпольскому.

А как же марафон? Воображение сразу нарисовало заполненную людьми площадь, просто море людей, которые терпеливо ждут. Ее ждут. Точнее, когда она раздаст вожделенные квадратики из фольги.

И как она сразу не подумала? Речь ведь все равно придется толкнуть, больше некому, у всех семьи, дети. Она одна незанятая и свободная.

Ольга попыталась разбудить свой природный пофигизм, он у всех есть, она читала. Но, видимо, в ее случае он погиб в зародыше. Пришлось одеваться и идти в ближайшую аптеку, предварительно переложив в другую сумку конверт, полученный от Ямпольского.

— Здравствуйте, мне нужны презервативы, — заявила с порога, запыхавшись. Посетители у других окошек разом обернулись. Семейная пара, мужчина и старушка с палочкой.

— Вам какие? — фармацевт плавно провела рукой вдоль витрины. — Выбирайте.

— Мне все.

— Упаковку? Есть по три, по шесть и по двенадцать, вам какую?

— Мне нужно много, девушка, — нетерпеливо проговорила Ольга, — очень много, у меня завтра марафон.

Фармацевт смотрела с недоверием, семейная пара с осуждением, мужчина с интересом. Бабуська молча рылась в потрепанной сумке.

— Городской марафон, — пояснила Оля в ответ на устремленные на нее взгляды, — против СПИДа. Надо людям презервативы раздать, а у меня их Ямпольский забрал. Олигарх, — зачем-то добавила.