— Этот Темный легион, про который ты говоришь, — я кивнул на багровый мир, — они же откуда-то придут, верно?

— И? — тело перевертыша хоть и было соткано из тьмы, но перья отливали сталью, обещая проблемы в бою.

Ворон оглянулся и посмотрел на проплывающий под нами мир.

— Не думаю, что это хорошая идея, — проворчал он. — Ничего личного, Михаил, но…

Договорить перевертыш не успел.

У меня в руках не было меча, поэтому Солнечный Серп вышел какой-то невзрачный, блеклый.

Положа руку на сердце, он больше походил на энергетический толчок, чем на боевую технику, но Ворону хватило.

А учитывая, что под ногами находился лишь клочок жемчужного пола, перевертыш камнем рухнул вниз.

— Ты прав, ничего личного.

В первые мгновенья он ещё пытался сопротивляться — закаркал, заработал крыльями, но я без устали исполнял показанную Рив технику, толкая перевертыша всё дальше от себя.

В этот крик Ворон вложил всю свою злость и обещание поквитаться, а брошенный на меня взгляд чуть было не пробил выставленные ментальные барьеры.

— Ты мне ещё спасибо скажешь! — крикнул я, довольно наблюдая, как перевертыш, бросив попытки вернуться ко мне, развернулся к багряному миру и сложил крылья.

Я дождался, пока крутое пике Ворона окончится тусклой вспышкой, и посмотрел перед собой.

Впереди, на расстоянии в три-четыре метра кружилась серо-стальная воронка.

С жемчужного островка уходить не хотелось, прыгать тем более, но темнеющий мир подсказывал — ещё немного, и время закончится, а я провалюсь в какой-нибудь из миров.

— Очередная проверка, да? — прошептал я себе под нос, черпая в своих словах уверенности. — Для тех, кто шёл сам не зная куда…

Я прикрыл глаза, вспоминая ночные кошмары и видения. Уж что-что, но я точно знаю куда и зачем я иду.

Открыв глаза, я резко выдохнул и прыгнул вперёд.

Сердце ухнуло в пятки, а ладони мгновенно взмокли — стоило оторваться от островка, как показалось, что я не долечу.

«Интересно, а что будет, если пролетишь между плывущими внизу мирами?»

Мысль молнией пронеслась в голове, а в следующий миг, я влетел в воронку.

Я стоял в обгорелой комнате и с интересом рассматривал закопчённое ростовое зеркало.

Каким чудом оно пережило остальной замок, я не представлял.

Собственно говоря, закопчённое и запыленное зеркало, да камин — единственное, что вообще осталось целым.

Все остальное сгорело в давнем-предавнем пожаре или пало жертвой неумолимого времени.

Я уже несколько часов бродил по полузасыпанным песком развалинам этого то ли замка, то ли дворца, и никак не мог понять, что же мне делать дальше.

Все мои Пространственные карманы с артефактами, сухпайком и боеприпасами приказали долго жить. Видимо, такова была плата за транспортировку Ворона.