Сколько бы ложных финтов он ни делал, как бы ни поворачивался и ни перебрасывал из одной руки в другую, запомни: бить он будет с той стороны, куда направлено острие…»

Выступивший на висках пот струйками стекал по лицу, попадал в рот. Наконец, когда надежды почти не оставалось, я инстинктивно почувствовала, что пират начал уставать. Все больше времени и усилий ему требовалось на очередной замах, да и руки уже не так твердо удерживали деревянную рукоять.

«Пора!» – мелькнуло в голове, когда он в очередной раз поднял топор, и я, сделав обманчивое движение вправо, резко ушла вниз и, поднырнув под его руку, изловчилась и воткнула острие ему в левый бок. «Туше!» – как сказал бы Клод, будь он сейчас здесь.

Но расслабляться было нельзя. Ранение еще больше разъярило великана, особенно после того, как отовсюду раздались подбадривающие крики тех, кто еще совсем недавно готов был глотку перегрызть за своего короля. Теперь же они открыто поддерживали угрожающую его власти сопливую девчонку.

«…Ты безошибочно почувствуешь тот момент, когда он начнет терять силы. Желая поскорее покончить с тобой, он перестанет просчитывать движения. Удары станут хаотичными. Продолжай уклоняться. Твоя задача вымотать его до предела. Так, и только так, у тебя появится возможность достать его…»

Балансирование на грани жизни и смерти горячило кровь, и этот жар с каждой минутой усиливался. Боль отошла на задний план, меня трясло, распирая от неожиданного прилива сил. Теперь, когда движения Ангуса замедлились, передо мной открылись новые возможности, которыми я, не теряя времени, воспользовалась, издали нанося ему ощутимые уколы шпагой куда ни попадя.

«…Ангус будет беречь силы для решающего удара, но нанесет его не раньше, чем ты окажешься на земле. Дай ему такую возможность. Пусть он поверит в то, что победил, и тогда…»

Я четко уловила момент, когда измотанный атаками Ангус достиг нужного мне состояния, и отважилась рискнуть. Поддавшись, я позволила ему задеть концом древка мою державшую шпагу руку. Оружие упало на землю, и я потянулась за ним, не спуская внимательного взгляда с противника, решившего, что наступил подходящий миг для сведения счетов. Как зверь оскалившись, он поднял высоко над головой топор, все оставшиеся силы вложив в последний удар…

Молниеносно среагировав, я отработанным движением выхватила из голенища нож и точным движением метнула его в открывшееся горло противника, который вздрогнул, да так и застыл с выпученными глазами и с оружием в руках. Не мешкая, я подхватила с земли шпагу и, удерживая ее обеими руками, по самый эфес вонзила ему в грудь, по стечению обстоятельств попав в ту самую, моими стараниями затянувшуюся рану, с которой и началось наше трижды проклятое знакомство.