Хочешь?

Ухо заинтересованно дёрнулось.

Известным путём мы без особых проблем выбрались к стене, не считая того, что пару раз пришлось переждать чужие драки и разъезд конного патруля, который к этим дракам совершенно не спешил.

Я расслабилась так, словно уже выбралась из Данкрифа. Но на выходе из города нашей живописной компанией заинтересовалась стража.

— Эй! Девка! Ну-ка постой! — проорал стражник, по пояс высовываясь из караульной.

Я сделала вид, будто не услышала. Мало ли, о ком это он.

— Ты! Замарашка на серой кляче!

Как грубо… Я сжала бока лошади коленями, понукая идти скорее. Стражник выскочил наперерез.

— Ну-ка тпррру! — заявил он, преграждая путь своей объёмной тушей. Алебарда осталась стоять у входа в караульную, вместе с висящим на ней шлемом. — Пускать не велено! Распоряжение королевы. Пока она не забрачуется, ни в город, ни из города мышь не прошмыгнёт. Только снабжение внутрь пускаем, но это на главной дороге, не на задворках наших.

— Да? — Я посмотрела поверх его головы, туда, где дорога светлой змеёй исчезала в густом лесу. — А чего ворота тогда нараспашку?

Стражник шмыгнул носом.

— Дык это, клинит их, — пожаловался он, подходя сбоку. — Как ни дождь, так намертво встают, каждый раз одно и то же. Уж мы и так их, и эдак, и смазывали, а всё одно выходит. Менять надо, потому что, всё! Срок вышел. Но это ж не главные ворота, чтоб хоть одна собака почесалась… Э, куда?!

Пользуясь тем, что мужик с головой ушёл в хозяйственные трудности, я сжала поводья. Ударила лошадь пятками и послала вперёд, сквозь ворота. Стражник попытался меня остановить, рука скользнул по штанине. Его крик эхом полетел нам вслед и был унесён ветром.

Лошадь полетела, словно камень из пращи, город быстро остался позади. На приличном расстоянии, когда стены уже скрылись за деревьями, я упёрлась ногами в стремена, вынуждая притормозить. От тряского шага болтало ничуть не меньше, чем от галопа, так что я просто остановила конягу и огляделась.

Вокруг нас — весна, свежая и яркая после недавней грозы. Солнце играло на мокрых листьях и траве, превратило капли в тысячи бриллиантов. Неповторимый запах дождливого леса наполнил грудь. Я глубоко вдохнула.

Ветка закачалась под весом слетевшей птицы. Та дёрнула сизым хвостом, раскрыла клюв и выпустила короткую трель.

У жёлтых цветков, рассыпанных под деревьями, вились насекомые, по коре сновали цепочки муравьёв. Мушка ткнулась в щёку, я отмахнулась и закрыла глаза.

Меня явственно потянуло к северу, туда, где тракт сворачивал в сторону моря. Он вёл к гавани у пролива, через который раскинулись Зелёные острова. Но так далеко мне не нужно. Если бы я руководствовалась здравым смыслом, то повернула бы на юг — ведь именно туда Эдельгар отправился за подмогой.