Маргарет подняла голову, проникнувшись проявленной мистером Торнтоном деликатностью, но тут же судорожно сжала руки при новой мысли: «О боже! Должно быть, и он принял Фредерика за моего любовника. Теперь все понятно: мистер Торнтон не просто знает о лжи, но считает, что я поощряю другого поклонника, и за это презирает. И как теперь быть?»

Она не понимала, почему его отношение к ней для нее так важно, и чувствовала себя очень несчастной! Каким тяжелым оказался прошедший год! Из детства она сразу попала в старость, минуя юность, молодость и зрелую женственность.

Надежды закрылись раз и навсегда, в том числе и на замужество. Как она устала от постоянной необходимости держаться, быть сильной, но приходится терпеть — ради отца, потому что так велит дочерний долг. Если потребуется, она готова даже противостоять несправедливым подозрениям и обвинениям миссис Торнтон, но сознавать, насколько ошибается ее сын, было тяжело, и она ничего не могла с собой поделать. Может, махнуть на все рукой, уступить слабости… Ну уж нет!

Маргарет словно стряхнула оцепенение и энергично вскочила. «Не стану… не стану думать о грустном! Зачем копаться в собственных чувствах? Все это уже бесполезно.

Когда-нибудь, если доживу до старости, сяду в кресло перед камином и начну себя жалеть, представляя ту жизнь, которая могла бы случиться».

Говоря это самой себе, Маргарет торопливо одевалась, собираясь выйти из дома, и время от времени нетерпеливым движением смахивала слезы, не желавшие считаться с твердым намерением сохранить несокрушимое спокойствие.

Наверняка множество женщин ошибаются точно так же, как она, и слишком поздно понимают свою оплошность.

Как стыдно за то высокомерие, даже грубость, с какой она разговаривала с мистером Торнтоном в тот ужасный день! Но тогда она этого не понимала. Маргарет сознавала, что, конечно, уже не сможет вести себя так же гордо, зная, какого он о ней мнения, но сдаваться не собиралась, решив держаться очень спокойно, достойно, а говорить как можно меньше. Впрочем, скорее всего это не понадобится — он явно ее избегает.

Маргарет вышла из дома и быстрым шагом направилась к городской окраине, пытаясь заглушить физической нагрузуой обуревавшие ее чувства, а когда вернулась, встретила на крыльце отца.

— Вот молодец! — обрадовался мистер Хейл. — Хорошо, что догадалась навестить миссис Бучер. Я и сам собирался зайти к ней, но не рассчитал время.

— Нет, папа, я там не была, — покраснела Маргарет, — но после обеда, когда ты приляжешь отдохнуть, обязательно схожу.

Маргарет исполнила обещание и обнаружила, что миссис Бучер стало намного хуже. Хорошо, что благодаря соседям дети были сыты и ухожены, а кое-кого они и приютили на время.