И мы уже столько времени вместе, а он по-прежнему смотрит на меня этим темным голодным взглядом, от которого бегут мурашки по всем нервным окончаниям.

И я смотрю как он демонстративно медленно раздевается, наказывая меня, за то, что не дала доработать.

Проходили мы уже эти ваши наказания!

Мужское тело придавливает меня к кровати, жадные, почти даже грубые поцелуи терзают губы, шею, спускаются на ключицы, пока руки стаскивают с плеч мою блузку… я дергаюсь, пытаясь ему помочь освободить меня от этой лишней тряпки, но Вив неожиданно откровенно злодейски усмехается — и от этой усмешки я ловлю микрооргазм — а потом делает как-то так что мои запястья оказываются полностью скованы, связаны за спиной.

А мне так хочется к нему прикоснуться!

И я бессильно дергаюсь, изнывая от желания и невозможности, пока мужкие губы терзают грудь, прямо сквозь сиреневое кружево, которое судя по всему, было оценено по достоинству. Вив едва ли не урчит, целует, прикусывает зализывает…

Я извиваюсь, изнемогаю под этими ласками. От удовольствия, от невозможности самой прикоснуться…

Вив ловит мои стоны поцелуями. Вжимается в меня, проникает пальцами внутрь, заставляя все мышцы сжаться, размазывает обильную смазку по клитору ласкающими движениями так, как мне нравится, а еще — немного по-другому…

И я вздрагиваю. И выгибаюсь. И снова кусаю губы, нет-нет-нет, не дождется, чтобы я его умоляла!

Это так хорошо, что невыносимо.

И когда мне кажется, я уже готова заплакать от этой невыносимости, пальцы исчезают…

Вив входит в меня одним движением до конца и… я, доведенная до предела, срываюсь в оргазм от этого единственного движения.

Не давая мне прийти в себя, Вив начинает двигаться. И это неожиданно, остро, сумасшедше…

И вторая волна накатывает быстрее первой, мне ужасно хочется вцепиться в него, но я не могу, это невозможно…

Я выгибаюсь и за зажмуренными глазами мир взрывается разноцветными звездами…

Странно, вот вроде бы основной причиной для переезда было то, что Виву со мной на одной кровати тесно. Только вот и на двуспальной он так и норовит уложить меня на себя.

И я покорно распласталась по нему, чувствуя глубокое удовлетворение в каждой клеточке тела и отчаянно не желая шевелиться. Желательно — никогда. Ну или хотя бы пять минут, пока не надоест.

Надоело раньше, и уже через минуту я вскинула голову.

— Ты знаешь, что я тебя люблю, да?

— Знаю, — сонно кивнул гросс Теккер. — Я тебе это еще когда сказал!

— Нет, ты хоть раз нормально можешь отреагировать!

— Ага, да, а ты когда я признавался нормально отреагировала?

— У меня были обстоятельства!

— У меня тоже! Я вообще-то работал, а ты меня отвлекаешь.