Вас подсекли, и джип закрутило, ведь так?

– Я этого не помню, помню только, как с эстакады вниз летели, – спокойно отозвалась Марина, беря новую сигарету.

– Ну, вот. Мы искали вас с Рэмбо уже неделю, когда мне позвонили и сказали, что ты жива и еще относительно здорова. И что от меня требуется подпись на бумагах о переуступке права собственности на твои клубы банку Дроздецкого. Я отказался, ведь прав на них у меня нет. Тогда мне прислали фотографию – ты лежала на кровати в наручниках, в вене торчал шприц… Я голову потерял, мы с Розаном все наркопритоны обшарили, куда только не ездили – все зря, не было тебя нигде. А мне продолжали звонить и угрожать, что доза твоя растет, что с каждым днем тебя все труднее будет вернуть и вылечить. И тогда я решил: а хрен с ними, с этими клубами, у меня нет никого дороже тебя. Что такое кабаки в сравнении с тем, что я терял? Розан подписал бумаги, как твой заместитель, а я выдвинул условие, что отдам их, во-первых, только после того, как увижу тебя, а, во-вторых, только лично в руки Воркуте. Они согласились. Знаешь, что я вспомнил после того, как вышел из этого дома после встречи с тобой? Твои же слова о том, что нужно уметь запудрить мозги врагу так, чтобы он не полез обшаривать твои карманы.

– Ты явился к Воркуте, надев мое эротическое белье, чертов извращенец? – с улыбкой поинтересовалась Коваль, не в силах даже представить подобное.

– А ты не смейся, детка, – попросил Егор. – Я прихватил его с собой, красное с перьями, помнишь? Когда охрана впускала меня, я выронил стринги из кармана, и эти жлобы заржали: мол, пока Коваль в отключке валяется, Малыш попер по проституткам. Этих секунд веселья розановским как раз хватило, чтобы тихо перебить всех. Остальное ты видела.

– А если бы они не клюнули?

– Детка, не забывай, я неплохо владею руками – уложить пару охранников мне и так труда бы не составило.

Марина откинулась на спинку стула и захохотала так, что на них стали оборачиваться."

"– Обалдеть… – выдохнула она сквозь набежавшие слезы. – Ты потерял мои любимые стринги?! Как ты посмел?! – и, упав на стол лицом, закатилась еще громче.

– Я куплю тебе другие: хочешь – с перьями, хочешь – с пухом, – фыркнул Егор. – Но лучше вообще без них.

У Коваль в глазах запрыгали черти – сегодня на ней под юбкой опять не было ничего. Она уронила на пол очки, муж нагнулся, чтобы поднять, а там, под столом, обнаружил задранную юбку и раздвинутые ноги. От такого зрелища он просто застонал. Когда же поднял голову, Марина спокойно допивала кофе с совершенно невинным видом.

– Идем! – севшим голосом приказал Егор, вытаскивая ее из-за стола и увлекая за собой в номер, где быстренько содрал с нее все и, повернув спиной, ворвался внутрь, заставляя вскрикивать.