Подумав, она задрала подол туники и достала меч, взяв его левой рукой. Она свободно владеет обеими, за это ее и ценили в ликторах, пришло время воспользоваться навыками.

Осторожно приоткрыв дверь, Касиния скользнула внутрь и замерла: у кровати принцепса сидела преторианка! Пламя свечей отражалось в пластинах ее лорики, прыгало над затыльником круглого шлема. Над плечом преторианки торчало жало пилума. Часовая о чем-то разговаривала с Флавией, и, прислушавшись, Касиния узнала голос. Игрр! Богиня сегодня решительно щедра! К двум тысячам золотых прибавится еще пятьсот – поручение убить пришлого понтифик не отменяла. Нужно только правильно рассчитать. Игрр неплохо владеет мечом: в амфитеатре сумел одержать верх в поединке. В тот день Касиния сильно огорчилась: такая была придумка! Подвести пришлого под чужой меч… Мысленно она уже подсчитывала ауреи. Сорвалось. Ничего, сегодня исправим.

Поколебавшись, Касиния определилась с действиями. Флавия лежит на кровати, хорошо видимая в огне свечей. Брошенный нож вонзится ей в грудь и заставит умолкнуть. Игрр не успеет понять: меч войдет ему в шею раньше. Убивать нужно именно в таком порядке. На высокую кровать одним прыжком не вскочить, если начать с Игрра, девчонка успеет крикнуть. Сбежится стража…

Бесшумно ступая, Касиния приблизилась и встала за спиной пришлого. Перехватив нож за лезвие, отвела руку для броска. И в этот миг Флавия завизжала…

Игрра я дождалась с трудом. А что делать, если после поединка в амфитеатре Лаура запретила его видеть? По ее мнению, я вела себя недопустимо. Публично высказала симпатию к Игрру, принуждала Пугио отказаться от поединка, в то время как вся Рома пришла, чтобы на бой посмотреть. Мне не нужна популярность? Чем вообще я думаю? Если теперь позову Игрра, все решат, что принцепс завела лупу. Это плохо скажется на моей репутации. Становиться матерью мне рано, а встречаться с мужчиной с иной целью – получить репутацию развратной женщины. Или я забыла, что принцепсы беременеют в храме, как и обычные нолы, а отца наследницы выбирает сенат? Такова традиция. Не я ее завела, не мне нарушать.

Я слушала, опустив глаза, но внутренне кипела. Плевать мне на традиции, а также – на популярность и чье-то мнение! Я не просилась в принцепсы! Хоть сейчас могу уступить кресло в сенате! Обычная декурион жила лучше меня! У нее был дом, любимый и любящий мужчина, а что еще нужно для счастья? Почему мне нельзя?

Лаура, видимо, догадалась о моих мыслях. Умолкла и обняла.

– Этот пришлый стоит, чтобы о нем мечтать, – сказала, вздохнув. – Он красив и умен, образован и смел. Принять вызов преторианки и победить ее в поединке… Только пойми: теперь он стал желанным для многих. Представь: ты берешь его к себе.