– Треспарта просится в грузчики?

– Так больше нигде не берут, – вздохнула Касиния и склонилась к хозяйке. Та уловила запах вина и сморщилась. – Ну?

– Ладно! – сказала димидия, поколебавшись. – Но больше денария не дам. И только после раз грузки!

Повозки замерли у ограды дворца. Касиния, как и другие грузчики, взвалила на спину амфору. Возле калитки ее остановила стража.

– Откуда треспарта? – спросила преторианка, с подозрением разглядывая Касинию.

– Пьяница! – махнула рукой димидия. – Отовсюду выгнали. Зато сильная.

Преторианка, вручив пилум напарнице, ощупала Касинию и дала знак проходить. Нол осматривать она не стала. Следующим утром Касиния явилась опять, затем еще. На нее перестали обращать внимание. Видимо, стража доложила начальству, и то махнуло рукой. Какой вред от пьяницы? У тех только и забот, как скорее пропить заработанное.

Таская мешки и корзины, Касиния приглядывалась и примечала. Скоро заметила: грузчиков не пересчитывают. Закончив работу, те отправляются в харчевню, где ждут хозяйку. Она является позже: поварихи проверяют провизию, считают и взвешивают. В харчевне с грузчиками и происходит расчет. Они, как и Касиния, поденщики и друг друга не знают. Если кто не явится за деньгами, хозяйка только обрадуется.

В выбранный день Касиния подвесила под мышку нож, а короткий меч привязала ремнями к голени. Ходить из-за этого пришлось враскорячку, но у многих грузчиков походка такая. Никто не обратил внимания. Спрятавшись в складе, Касиния некоторое время прислушивалась: не ищут ли? Вдруг заметили исчезновение работницы? Но торопливых шагов и встревоженных голосов из кухни не доносилось. Касиния успокоилась и прикрыла глаза – впереди долгий день.

Ожидание затянулось. От пребывания в одной позе тело затекло, а шевелиться Касиния опасалась: куча могла рассыпаться. Время от времени в кладовку заходили поварихи: они переговаривались, что-то вытаскивали, но кучу не трогали – с этим Касиния угадала. К вечеру она ощущала себя бревном, и только мысль о предстоящей награде помогла ей выдержать эту пытку. Мать Касинии умерла в нищете, своего дома у них никогда не было, а комнаткой, где они ютились, брезговали даже нолы. В преторий Касинию взяли из-за роста и силы, но лучшее, на что она могла рассчитывать, – стать со временем центурионом. Ждать не хотелось, и Касиния перешла в ликторы. Служба оказалась нетрудной: вышагивать с фасциями на плече, сопровождая принцепса, и время от времени пытать схваченных злоумышленников. Последнее Касинии нравилось. Однако платили мало. Октавия с ходу предложила десять ауреев в месяц. За выполнение особо деликатных поручений поощряла особо. За смерть Игрра, к примеру, пообещала пятьсот золотых, и заплатили бы, не вздумай пришлый спрятаться в претории.