– Я собираюсь предложить гражданам Рома эротический массаж. Вита говорит, что нужно посоветоваться с тобой…

– Конкретно! – перебила она.

– Это лучше показать. Вели принести ложе с матрасом и немного масла.

Помпония хлопнула в ладоши и распорядилась. Ложе и масло тут же доставили – прислуга у бывшего центуриона оказалась вышколенной.

– Снимай одежду и ложись на живот.

Помпония пожала плечами и сделала знак служанкам. Те мгновенно разоблачили ее, и торговка устроилась на заскрипевшем ложе. Я сцепил пальцы, разминая суставы, плеснул на ладони масла и приступил…

Охнула она после того, как я приступил к разминанию.

Затем застонала и более уже не прекращала. Я мял и врезался костяшками в обложенную жирком спину, она корчилась и вопила, поминутно поминая Богиню-воительницу. Когда последняя судорога сотрясла ее тело, я отступил и сложил руки на груди. Помпония какое-то время лежала, затем села и сделала знак служанкам. Те быстро одели торговку.

– Сколько с меня? – спросила она, вставая.

– Справедливо! – согласилась Помпония и кивнула димидии, стоявшей рядом. – Заплати!

Та полезла в кошель и протянула монету.

Я зажал ее в кулаке.

– Я всегда плачу, – наставительно сказала торговка и повернулась к Вите: – Почему не сказала, что он так умеет? Я бы дала денег! И не в долг, а за долю в деле.

«Фиг вам! – подумал я. – Еще не хватало! Заставила бы пахать…»

– Но раз так вышло, поступим иначе. Десятая часть мне, и от клиенток не будет отбоя.

– Сами справимся! – хмыкнул я. – Делов-то! Напишем объявления – и все.

– Гляди-ка ты! – ощерилась она. – Три дня в Роме, а уже командует. А ты уверен, что к тебе пойдут? А если набежит толпа, справишься? Сумеешь организовать, чтоб никто не обиделся? Охрану, напитки для тех, кто ждет? У тебя есть для этого слуги? У меня найдутся.

Я велю принести Виталии ложа с подушками, пришлю музыкантов, чтоб женщины не скучали, и прикажу сделать специальный стол. На ложе гладить неудобно – у тебя заболит спина. За мной вся организация, тебе останется только массаж. Идет?

Я посмотрел на Виталию. Та кивнула. Я протянул Помпонии руку. Та шлепнула своей лапой по моей ладони, едва не отбив ее. Центурионша, туды ее в качель! Силы девать некуда!

– Когда начинаем? – спросила торговка.

Она кивнула, и мы попрощались. За порогом я протянул золотой Вите:

Она улыбнулась и спрятала монету в кошель. Мы двинулись обратно, но не успели пройти и сотни шагов, как дорогу преградили уже знакомые преторианки. Намерения дам отчетливо читались на их лицах.

– Духи Гадеса! – выругалась Виталия, хватаясь за меч.

– Не нужно! – остановил я. – Сам.

Она пыталась возразить, но я решительно двинулся к безобразницам. Те смотрели на меня, ухмыляясь. Так… Молодые, рослые, широкоплечие.