Убедившись, что наличных не осталось, азартный Доминга полез за чековой книжкой, но был остановлен хладнокровным приятелем.

— Мы не можем сдаться! — возмутился Доминга. — Мы — «ласвегасы», мы всегда выигрываем!

Он еще помнил, какой шорох навел в крупнейших казино Северной Америки.

— Добро пожаловать во взрослую жизнь, — дружески улыбнулся наемник.

— Заткнись! — столь же дружески попросил Тамир Кумар.

— Я могу предсказать, как нужно ударить, чтобы шар покатился куда надо! — продолжал настаивать Доминга.

— А ударить правильно можешь?

Наемник допил честно выигранный кофе и повторил вопрос:

— Нет! — хором отозвались главные аналитики Темного Двора.

— Мы знали, что проиграем, — добавил Кумар.

— В таком случае зачем начинали? — поинтересовался вошедший в помещение Сантьяга.

— Доминга развлекался, — наябедничал Тамир.

— Была небольшая вероятность победы, — неохотно протянул предсказатель. — Кортес мог ошибиться.

— На то она и вероятность.

Комиссар покачал головой и повернулся к наемнику:

— Доброе утро, Кортес, извините, что вам пришлось подождать.

— Ничего страшного, комиссар, я понимаю — дела.

— И очень непростые дела.

Дела действительно были непростыми.

Услышав от Яны имя Галла, Кортес потребовал подробностей — их оказалось немного, после чего предположил, что именно Галла и есть их таинственный и очень сильный маг. Гипотеза понравилась, однако, что делать дальше, никто не представлял. Рассказать Сантьяге? Но в этом случае придется признаться в сокрытии серьезнейшего преступления — нарушение режима секретности. Не рассказать? Еще хуже. Комиссар обязательно докопается до истины, и тогда положение наемников окажется совсем скверным. Одним словом, подписанные Артемом и Яной контракты связали Кортеса по рукам и ногам. С другой стороны, не будь их, наемник никогда не ухватился бы за ниточку, способную привести к Галла.

Несмотря на то что у него было время подумать, Кортес до сих пор не решил, как следует вести себя с комиссаром, что рассказывать, а что нет, и потому повел обычный для подобной ситуации разговор.

— Я оценил сосредоточенность Ортеги.

— Мне нужно было донести до всех серьезность происходящего, — с улыбкой объяснил Сантьяга. — Поэтому велел Ортеге вести себя максимально драматично.

— То есть на деле все не так плохо?

— На деле все еще хуже. Присаживайтесь.

Аналитики понятливо скрылись в дебрях берлоги, оставив комиссара один на один с наемником.

— Яна сказала, что речь идет о каком-то культе.

— Она узнала амулет?

— Да, — подтвердил Кортес. — Но не волнуйтесь, мы говорили при включенном обереге.

— Не сомневался в вашей осторожности. — Комиссар помолчал. — Яна не ошиблась, речь действительно идет о культе, который Великие Дома называют Скверной.