Лейтенант Смирнов запрашивает подкрепления…

— Пусть используют гранатомёты. Если не справятся, то отступают. Девятая и тринадцатая рота их прикроют…

Несколько офицеров толпились у ноутбука, на котором были загружены карты и обозначено примерное положение наших сил. С первого этажа доносились крики — именно туда сносили раненых, над которыми работали целители и традиционные хирурги. Однако пока они справлялись, так что я предпочитал экономить силы.

— И ведь когда-то я любил стратегии…

За последние дни я встретил немало старых знакомых, и мысль о том, сколькие из них не доживут до завтрашнего утра, не добавляла хорошего настроения.

Самое печальное — эти сожаления были какими-то тусклыми, словно ненастоящими. Я незаметно свыкся с потерями и теперь просто мысленно гадал, кто погибнет на этот раз. И, надо признать — меня тянуло отправиться на передовую. Словно находиться здесь, при штабе, было чем-то постыдным. Бесит…

— Раздражает, правда? — подошла Дива. — Дмитрий тоже не любил ждать…

Я отметил, что жрица говорила о нём уже в прошедшем времени. С каждым днём надежда на чудо становилась всё слабее…

— Немного.

Однако я умею расставлять приоритеты. Сейчас наша задача — захватить Алтарь. И для этого нам с тобой желательно оставаться в живых.

— Алтарь… Ты говорил, что хочешь забрать его себе. И что ты будешь с ним делать, если у тебя получится?

— Попрошу свободу. Возможно, вернусь к мирной жизни?

— Бросишь всё и начнёшь выращивать цветочки? На могилах товарищей?

— Каждый сам отвечает за свою жизнь. — не обиделся я. — При всём желании, мне не по силам спасти всех. Возможно, я не смогу отойти от дел, но я хотел бы сам выбирать, когда и где идти в бой.

Ситуация, когда я день и ночь должен быть готов к миссии, меня не устраивает.

— Пожарные, полиция, спасатели. Разве они не живут так же?

— Ты серьёзно считаешь, что это одно и то же? Риски и смертность там ниже. И, в отличие от нас, они в любой момент имеют право уйти в отставку. Или хотя бы в отпуск…

— Не во время войны. — возразила Дива. — Уверена, позже ситуация изменится. Храмы уже сейчас могут дать игрокам временное убежище.

— Да, у меня оно тоже имеется. Но я не готов сидеть в Подземелье до конца жизни.

— Когда мы захватим Алтарь, боги могут освободить игроков от обязательных миссий…

— Освободить? — хмыкнул я.

 — Кого-то отдельного? Возможно. Участников этой миссии? Сильно сомневаюсь. Всех игроков Земли? Никогда. Если я сам не уверен, что захочу продолжить, то что говорить о тех, кто слабее? Мы каждый день играем со смертью и большинство — проигрывает. Кто будет идти на это добровольно раз за разом? Будь у тебя выбор, ты бы захотела попасть в город гоблинов четвёртый раз?

— Я пришла сюда добровольно, но… нет. Точно нет.