– Да, мы берем с торгашей плату, даже более того – требуем, но мы и обеспечиваем им порядок! Да разве дело только в этих бритых! Знаешь, сколько там мороки? Улаживание конфликтов, защита от наездов, борьба против карманников…

– Чужих?.. – улыбнулся Саша.

– Любых! – отрубил Валентин Сергеевич. – Если на рынке орудуют карманники, то оттуда уходит покупатель! А за ним следом – и продавец. С кого тогда прикажешь брать деньги?! Понимаешь, Саша, в любом деле нужен порядок…

– Но эти поборы с торгашей… Они же просто огромны!.."

"– Кто тебе сказал?! – удивленно воскликнул гость. – Они справедливы! Ведь если они вдруг действительно станут чрезмерными, торгаши тут же перейдут на другой рынок! Э, тут целая наука… Вообще, Саша, мы не связываемся с теми, кто работает честно. Нам это просто не выгодно – сколько с таких возьмешь?! А вот нагреть какого-нибудь ворюгу – это да!..

– Получается, что вы – что-то вроде Робин Гудов? – усмехнулся Белов.

– Нет, – без тени улыбки покачал головой мужчина. – Робин Гуд отбирал деньги у богатых и отдавал бедным, так? А мы отбираем деньги у жулья и оставляем себе. Понимаешь: у жулья – себе!.. – Валентин Сергеевич помолчал немного и вдруг весело улыбнулся. – Вспомнил одно дельце… – объяснил он свою улыбку. – Хочешь, расскажу?

Белов с готовностью кивнул. После месяца затворничества разговор с таким интересным собеседником занимал его все больше и больше.

– Это было давно, ещё при Брежневе. Я тогда был, наверное, как ты, ну может малость постарше. За бугра у нас был… впрочем, это неважно. Главное – толковый был человек, мудрый. Так вот, подходит он как-то к автомату с газировкой, бросает туда три копейки и пьет, значит, эту водичку с сиропом. Выпил и говорит: «Что-то вода не сладкая, раньше слаще была». А потом подумал-подумал и послал нас, молодых, по всему городу образцы газировки собирать. Собрали, проверили – оказалось сиропу в них чуть не вдвое меньше положенного. Причем везде, по всей Москве, соображаешь? Значит, кто гребет? Правильно – самый главный. Ну проследили мы за ним, и нагрянули в гости, когда семейство его в санатории парилось. Он, понятно, – в отказ, но мы же тоже не пионеры-тимуровцы! Поднажали на гада – он и лопнул, как гнилой орех! Знаешь, сколько мы у этого начальничка взяли? Не в каждой сберкассе столько возьмешь! А главное – чисто все! Он же, гнида, даже заявить на нас не мог – его бы тогда самого сразу к ногтю! А откуда, мол, товарищ, у вас столько, а?! – и Валентин Сергеевич весело рассмеялся.

Рассмеялся и Саша – история и в самом деле была забавной. И поучительной.

– А знаешь, Сашок, для чего я тебе все это рассказываю? – внезапно спрятав улыбку, спросил мужчина.