Исчезла мальчишеская худоба и нескладность, плечи развернулись, руки налились мужской силой. И весь он был такой складный, здоровый, крепкий и упругий – ну прямо как молоденький гриб-боровичок!

– Господи, Саня, а это ещё что за новости? – мама коснулась наколки на левой стороне груди – эмблемы погранвойск. – Ну зачем, зачем это, а?!

– Ма-а-ам… – с укоризной протянул Саша. – Ты что? Это же память – два года как-никак!..

И в этот момент с улицы послышался до озноба знакомый голос Космоса, усиленный мегафоном:

– Пожалуйста, внимание!.. – он дурачился, подражая своеобразным интонациям диктора на вокзале или в аэропорту. – Военнослужащий Александр Белов, просьба спуститься вниз, вас ожидают! Повторяю…

– Вот черти! – засмеялся Саша. – И откуда только узнали?!..

Он рывком распахнул окно и, навалившись голым животом на теплый подоконник, высунулся наружу.

Под окном стоял старый, потрепанный коричневый «Линкольн» с нарисованными на бортах яркими языками пламени. На его широком капоте с мегафоном в руках приплясывал Космос. Рядом с ним, задрав головы вверх, стояли Пчела и Фил.

– А-а-а-а!!! – хором завопили все трое, увидев своего друга.

– Здорово, братья!!! – закричал Саша, широко раскинув руки в стороны, словно хотел обнять всех троих.

– Белый!!! Саня!!! Давай сюда!!! Дуй вниз, генерал!!! – неслось снизу.

– Ребята, да я с поезда только! – рассмеялся Саша.

– Не понял! – выкрикнул Пчела. – А привальная?! Ты что, оскорбить нас хочешь?.. Фил, скажи ему, – подтолкнул он соседа.

– Сань, какой поезд, ты че?! – махнул рукой Фил. – Мы ж тебя два года ждали!

– Спускайся скорей!"

"Улыбающийся Белов повернулся к матери.

– Мам, я пойду, ладно?

– Никуда не пойдешь! – нахмурилась она.

– Сейчас иду! – крикнул вниз Саша, пропустив мимо ушей слова матери. – Ловите меня!!!

– Сань, ну что это такое! Никуда твой Космос не денется! – Космоса она немного недолюбливала – этот шалопай вечно выдвигал какие-то дурацкие идеи, большинство из которых заканчивались разными неприятностями.

– Мам, мам, ну чего ты? Я ж соскучился!.. – Белов торопливо чмокнул мать в щеку и побежал одеваться.

– Пока не поешь – из дома не выйдешь! – решительно заявила вслед Татьяна Николаевна. – Голодным я тебя никуда не отпущу! – она подхватила с плиты сковородку и засеменила за сыном. – На-ка вот… Ну два кусочка хотя бы… Ну давай, котик…

Саше пришлось одновременно натягивать джинсы, глотать обжигающе-горячие куски яичницы и оправдываться перед мамой за свое скоропалительное бегство из дома.

– Мам, не сердись, ладно?.. Ты ведь в армии не служила… Ам…

Татьяна Николаевна улыбнулась:

– Да уж как-то не пришлось, это верно…

– Ну вот! Поэтому не совсем понимаешь, что такое мужское товарищество!.. Ам…

– Ой, ну конечно, куда уж мне!..