В этот момент в дверном проеме показалась голова в кожаной кепочке. Каверин тут же заметил Шведа и, выплевывая звездочки на ладонь, кивнул – сейчас, мол, подожди. Он ухватил со стола бутерброд потолще, откусил от него сразу чуть ли не половину и вышел в коридор.

– Поздравляю, – улыбнулся Швед.

– М-м-м-м… – промычал набитым ртом Володя.

– Можешь поговорить?

Продолжая двигать челюстями, Каверин кивнул и показал в сторону лестничной клетки.

– Ну что, принес? – спросил Володя, дожевав, наконец, свой бутерброд.

Швед протянул ему видеокассету.

– Вот, записал… «Рэмбо – первая кровь». Милиционер открыл коробку – там, вместе с кассетой, лежали несколько стодолларовых купюр.

– Ты что, охренел?! – прошипел Каверин, воровато оглядываясь и пряча деньги в карман.

– Твоя доля, – пояснил Швед. – Мне тут отъехать надо…

– Что случилось?

– Да все нормально…

Они вышли на лестничный марш, и Швед, чуть помявшись, сказал:

– Я что сказать хотел… Муху-то давно пора было притормозить, он уже всех напрягать начал. А теперь поспокойнее будет – поймет, что не все коту Восьмое марта! А пацан этот, я считаю, молодчик. Конфликт-то он уладил…

– Я даже слушать ничего не хочу! – рявкнул вдруг Каверин. Его уже заблестевшие было от водки глаза сжались в холодные и злые щелки. – Муха – мой родственник, ясно?! И вообще мне этот… как его – Белов, да? Так вот, он мне не пон-ра-вил-ся! – он произнес это слово по слогам, внушительно и веско.

Швед молча пожал плечами – дескать, смотри, дело твое… А Каверин подвел под дискуссией черту, обратившись скорее даже не к Шведу, а к самому себе:

– Я терпеть не стану. Я найду способ и этого Белова закрою. Слово даю – закрою!

Часть вторая

БОИ БЕЗ ПРАВИЛ

XIV

– Ну что, ма? – спросил Саша, усаживаясь завтракать.

Этот вопрос он задавал матери по нескольку раз в день всю последнюю неделю – с тех самых пор, как нашел, наконец, собачника, продававшего щенка мастифа.

На щенка вообще-то Татьяна Николаевна согласилась почти сразу, но когда она узнала, сколько просят именно за эту собачонку, с ней едва не сделалось дурно. Саше пришлось начинать уговоры заново.

Конечно, можно было поступить проще – взять деньги у Коса или Пчелы. Но делать этого ему отчего-то не хотелось. И вовсе не потому, что Белов так уж осуждал их способы добычи денег, нет. Но вот – не хотелось…

Каждый день он звонил продавцу и просил ещё денек отсрочки, и каждый день по сто раз задавал матери один и тот же вопрос:

– Ну что, мам?..

Сегодня был решающий день – больше собачник ждать не хотел, – и Белов утроил усилия. В успехе он не сомневался, видел, что мама уже сопротивляется, скорее, по инерции, поэтому заранее договорился и с продавцом, и с Космосом – чтобы привез его со щенком домой.