— Бог не фраер, — сказал он, — он все видит.

Капитан Цветков был несколько удивлен такой реакцией, поэтому генерал пояснил.

— Шмидт — это как раз та самая нянька, которой можно доверить семерых детей, и все они останутся с глазами. Ладно, вы меня успокоили. Следующий вопрос. Где Зорин?

— По последним данным — у себя в кабинете.

— Вот его-то мне не терпится повидать, — сказал Введенский. — Поехали к нему.

Через пятнадцать минут «Волга» остановилась у большого серого здания, напоминавшего перевернутую коробку из-под телевизора.

Введенский в сопровождении Цветкова поднялся на третий этаж и без стука вошел в кабинет Зорина.

— Здравствуйте, Виктор Петрович! — сказал он.

Зорин попытался изобразить на лице подобие приветливой улыбки, но у него это не очень-то хорошо получилось.

— Ба! Игорь Леонидович! — Зорин встал из-за стола и, протянув руку, пошел навстречу генералу, но Введенский, даже не посмотрев в его сторону, отодвинул ближайший стул и сел. — Капитан, проследите, пожалуйста, чтобы нас никто не тревожил, — обратился он к Цветкову. Тот кивнул и вышел в коридор.

Зорин внимательно вглядывался в лицо Введенского, словно надеялся прочитать свою судьбу по жестким линиям, перечеркнувшим лоб генерала.

— Чем, так сказать, обязан вашему визиту? — заискивающе спросил он.

Опытный аппаратчик понимал, что непрошеный гость в яйце генерала ФСБ — лишь первый этап. Второй — дальняя дорога, а третий — казенный дом.

Введенский молчал. Он открыл папку и углубился в изучение документов. Зорин начал нервничать. Его тон стал подчеркнуто сухим и официальным.

— Игорь Леонидович, может, потрудитесь объяснить, в чем дело? Что здесь происходит?

Генерал понял, что «клиент дозрел». Он захлопнул папку и накрыл ее ладонью."

"— Вы прекрасно знаете, Виктор Петрович, что происходит. И я тоже знаю. — Введенский погладил папку рукой. — Необоснованно завышенные квоты на вылов камчатского краба и ценных пород промысловых рыб… Завоз мазута к отопительному сезону… Покупка судов третьего рыболовного флота по цене металлолома… Продолжать? Или не стоит? Вы ведь человек неглупый — наверняка догадываетесь, что просто так генералы из Москвы не прилетают? Или я ошибаюсь?

Зорин ослабил узел галстука и расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. Он положил руки на стол и сжал их в кулаки.

— Такими вещами не шутят, Игорь Леонидович. Вы вполне уверены, что взяли ношу по себе? Достаточно одного моего звонка…

Введенский откинулся на спинку стула.

— Конечно, звоните. Я подожду. — Лицо его выражало безмятежное спокойствие.

Руки Зорина разжимались и снова сжимались. Он подвинул пресс-папье, поправил шнур телефонного аппарата, затем взял ручку и принялся вертеть ее в руках. Введенский же, напротив, не шевелился.