К такому повороту Николай оказался совершенно не готов. Тряхнул головой, пытаясь понять то, что сейчас услышал, и на всякий случай уточнил:

— Что значит отозвал?

— То и значит. Теперь от него новая генеральная доверенность и выписана она не на вас…а на вашу бывшую жену.

К такому повороту Николая жизнь не готовила.

У него не было в планах такого! Не было! Так какого черта оно появилось? Как посмело появиться?!

И тут же обострилась изжога, гастрит, давление, геморрой, головные боли и еще черт знает что. Аж в висках застучало.

— Выйди! — рявкнул он, дергая себя за узел на галстуке. Чертова удавка не давала нормально дышать.

Юрист, почувствовав, что дело запахло жареным, поспешно ретировался из кабинета, а Ланской, кипя от гнева, схватился за телефон.

Какого фига Вера снова лезла в его дела? Все, ушла в отставку, сиди на жопе ровно и не суйся, куда не просят!

Он бы разнес ее в пух и прах, камня на камне бы не оставил…если бы дозвонился. Увы, сколько бы он ни набирал до боли знакомый номер, сколько бы ни матерился и ни насиловал телефон, ответа так и не было.

Вера то ли не слышала его, то ли игнорировала. Николай больше склонялся ко второму варианту, и от этого в душе все сильнее клокотала ярость.

Подумать только! Важнейшая сделка на носу, а у него нет полного контроля над всей фирмой! Это как называется?

Так и не достучавшись до своей бывшей жены, он отправил ей злющее «Перезвонила живо!», и набрал другой номер.

Предстоял серьезный разговор с сыном, который совсем одичал на своем Севере и творил не пойми что.

Тот тоже ответил далеко не сразу. Пришлось раз десять набирать, прежде чем гудки сменились невозмутимым:

От спокойного тона, полностью лишенного суеты и опасения, у Николая потемнело перед глазами. Он сходу, не здороваясь, вызверился на сына:

— Ты чего, мать твою, творишь? По кой черт ведомость на мать выписал?

— А что не так? — с легкой усмешкой переспросил тот.

— Что не так? Ты еще спрашиваешь, что не так?!

— Да, я спрашиваю, что не так. Часть бизнеса моя? Моя. Распоряжаюсь, как хочу.

— Во-о-н как заговорил, да? Распоряжаться захотел?

— Конечно.

Ты ведь для этого мне долю выделил? — не скрывая сарказма произнес Влад, — а не для того, чтобы при разводе мать ни с чем оставить?

У Ланского захлестнуло.

— Никакого смеха. Доверенность выписывают на того, кому доверяют. Прости, но матери я доверяю больше, чем тебе… Она семью не предавала.

Отлично. Просто отлично, мать вашу. Докатились…

Теперь он еще и безосновательные упреки в своей адрес был вынужден выслушивать.