И почему он сразу же приказал его выбросить, а не спросил сначала у меня, откуда я этот наряд вообще раздобыла? Как-то все очень… непонятно. Не узнаю Влада. Он к любой моей обновке обычно цеплялся. Его самым любимым развлечением было доводить меня до белого каления расспросами, где я купила ту или иную вещь и сколько на нее потратила. Если вещь была слишком дорогой, по его мнению, то следовал вывод, что я зря выбросила деньги на ветер. Мол, обновка мне идет как корове седло. А если слишком дешевой, то Влад язвительно советовал мне не позориться и пустить ее на половые тряпки. Потому как ему будет стыдно рядом со мной, выряженной словно пугало.

Влад между тем медленно отлепился от дверного косяка, к которому прислонился плечом. Сделал шаг ко мне, еще один.

Его губы нервно подрагивали, глаза казались абсолютно черными из-за неестественно расширенных зрачков.

Я пугливо втянула голову в плечи. Что это с ним? Такое чувство, будто он на грани самого настоящего срыва. Причем не из-за моего желания расстаться с ним, а из-за того, что я узнала про платье.

Тень Влада упала на мои колени, и я непроизвольно отпрянула. Нахмурилась, осознав, что я только что ощутила.

Почудилось, будто я прикоснулась к чему-то очень мерзкому. Пальцы ног заледенели в один миг, словно я опустила их в прорубь.

Я услышала этот вопрос вслух, хотя была уверена, что задала его мысленно. Мой взгляд упал на тень Влада. Она выглядела живой. Как будто к кровати крался огромный паук, готовый в любой миг выпустить ловчую сеть и накрыть меня.

Влад остановился, и замер паук. Растекся струйками тьмы по безупречно чистому полу, цепляясь за малейшие неровности в нем отвратительными мохнатыми лапками.

Я потрясенно посмотрела на Влада.

В его лице не осталось почти ничего человеческого. Нет, даже не так. Я вдруг осознала, что передо мной маска, под которой скрывается нечто страшное. И эта маска готова вот-вот упасть. Сдается, мне очень не понравится то, что под ней скрывается.

Я с трудом узнала собственный голос, так по-детски тонко он прозвучал. Напряглась, ожидая, что Влад по своему обыкновению сейчас скажет какую-нибудь колкость. Что-нибудь вроде того, что мне не помешало бы протереть глаза, если не узнаю его. То есть вернее будет сказать, что я очень хотела услышать это. Пусть он вновь высмеет меня, пусть выставит полной дурой. Все что угодно! Но перестанет молчать!

– Ты думаешь, я отпущу тебя?

Я изумленно распахнула глаза, заметив, что губы Влада не шевелятся. Шепот родился из плотного, вязкого из-за напряжения воздуха палаты. Причем шел он со стороны пола. Оттуда, где так вольготно разлегся паук, соткавшийся из его тени.

– Я потратил на тебя слишком много времени, – продолжила шипеть неведомая тварь.