Я бы сказал, первый удар по голове вырубил уже практически мертвое тело. Процесс остановки сердца в результате инфаркта запустил именно этот удар, но до полной остановки оно дошло, когда парень был уже без сознания. И все же он не падал. Есть предположения почему?

— Специально держали?

— Именно. Зачем? Не спрашивай, на этот вопрос ответа у меня нет. Но держали однозначно. И били одновременно по рукам и по ногам. Трое орудовали битами, и их целью были ноги. Еще минимум трое работали тесаками, здесь целью были руки и торс. Каждый удар битой — перелом. Каждый удар тесаком — до кости.

Когда количество ударов дошло примерно до двадцати, из тела начали выпадать куски. Их упаковали в отдельный контейнер, ты об этом знал?

— Жуть! Просто немыслимо, кому понадобилось так изгаляться? — не сдержался Лев. — Ведь ясно же было, что он уже мертв.

— Ты у нас спец по части мотивов, вот ты и думай, — усмехнулся Филиппыч. — Скажу откровенно, такой жестокости я давно не видел.

— Если навскидку, тут два варианта, — начал размышлять вслух Гуров. — Либо в раж вошли, остановиться вовремя не сумели. Либо такова была их цель, и тогда это больше похоже на ритуальное убийство.

— И снова не соглашусь. В ритуальном убийстве больше эстетики, если так позволительно сказать про убийство. Четкие границы — да, но конечная картина — ни в коем случае.

— Еще что-то есть для меня? — Гурова уже подташнивало от подробностей кровавой бойни, совершенной над одним человеком.

— Практически ничего. Перед смертью парень как следует подкрепился, причем не в дешевой забегаловке, а в приличном ресторане. Вывод: опасности он не ожидал, иначе кусок в горло не полез бы.

Еще на шее, ближе к затылочной части, след от помады. Кто-то, питающий к парню особо нежные чувства, имел с ним интимный контакт в день смерти.

— Непосредственно перед убийством?

— Нет, в течение дня. Он успел сменить нижнее белье, а вот помыться полностью возможности не было, — пояснил Филиппыч. — Может, спешил на встречу, или воду отключили, и он ограничился полумерой. Теперь все. Официальный отчет жди через три дня, писанины тут много. Возникнут вопросы — звони в любое время. Это дело меня заинтриговало.

— Ты не сказал насчет координатора, — напомнил Гуров.

— Здесь все очень просто. Такой силы и жестокости побои совершают люди, для которых убийство является чем-то вроде десерта. Поэтому им и нужен человек, который вовремя отодвинет тарелку с тортом на край стола, пока у лакомки пузо не лопнуло. Я ясно выразился?

— Ну, тогда бывай, полковник.

Филиппыч задвинул каталку с трупом обратно в камеру, проводил Гурова до выхода и вернулся в комнату отдыха к своим бутербродам.

А Гурову прибавилась еще одна головная боль.