Снова и снова, как в тумане, дурмане, пучине, из которой нет выхода, нет ни одного шанса разорвать этот чувственный плен, в который захватил меня Дино Орсини. Наверное, я так же безумна, иначе как объяснить, что я словно одержимая цепляюсь за него, как за единственного, в ком нуждаюсь, как в воздухе, понимаю неизбежность плачевных для меня последствий. Осознанная глупость. Я по своей воле шагаю в бездну, падаю в омут с головой. Ни одной здравой мысли в голове, только желание и удовольствие, которое струится по венам, взрываясь в крови яркими фейерверками. Я не знаю, сколько длится чувственная пытка.

Все мое тело в следах от его жадных поцелуев, его – в розоватых полосах от моих ногтей. То нежно и мучительно, то неистово и больно, а потом снова умопомрачительное и медленное соблазнение, пока я не начинаю биться, умоляя… И ненавижу себя за это. Потом, утром буду ненавидеть, за каждый стон и каждую вспышку удовольствия, которую получила.

Но утро наступает куда раньше, чем я думала. Первые лучи заглядывают в спальню, и смотрю, как Дино курит возле окна. Его подтянутое стройное тело кажется бронзовым в сумеречном освещении.

Он нереальный, нереальный. Словно языческое божество, принявшее человеческую форму. Ни одного изъяна, он совершенен. Бешеный магнетизм этого мужчины – его проклятие. Почему-то я уверена, что он не гордится своими внешними данными. Ему плевать, как он выглядит, плевать, что думают о нем другие. Я лежу на боку, поджав к груди колени, не в силах оторвать взгляд от его спины со следами моего падения. Мы обезумели, не иначе. Сердце в который раз замирает от приступа боли. Когда Дино не прикасается ко мне, я вспоминаю, кто он. Каждое слово, сказанное его любовницей, кровавыми буквами отпечаталось в моей душе. После того, что он вытворил на стоянке, мне стоило послать его ко всем чертям, но мы здесь, в моей спальне….

– Я хочу, чтобы ты ушел, – произношу тихо, но Дино слышит. Медленно тушит сигарету в пепельнице и поворачивается. Не вижу выражения его лица.

– Да, мне действительно пора, Дреа, – соглашается он, подходит к кровати и проводит ладонью по моему обнаженному бедру. – Но я вернусь.

– Я не хочу, – качаю головой.

– Это неправда. – Целует меня в плечо и накрывает простыней.

 – Прости за вчерашнее. Пощечина была лишней.

– Только пощечина? – изумленно распахивая глаза, спрашиваю я. Дино устало морщится.

– Только не начинай, Андреа. Хватит, – резко отвечает он. – Мне надоело твое лицемерие. Если бы я был так тебе неприятен, всего этого не было бы. – Дино откидывает взглядом кровать, намекая на мое распутство этой ночью.

– Это нечестно, Орсини, и мы оба знаем, что ты знаешь толк во всех этих делах. Ты просто играешь со мной.

– Я тебя люблю. Это единственное, что ты должна знать.