Есть несколько фото с Таней, фото из спортзала и два-три фото с мэром, сделанными на День города. Пусть Елисей завидует моей фигуре и карьере.

Мы с Таней уже сидим в фойе, дожидаясь, пока из СПА соизволят выйти бабуля и Елисей со своей женой. Таня привычно прижимается ко мне плечом, переплетая наши пальцы. Она пристально рассматривает мой профиль. Я не выдерживаю:

– О братце, конечно же.

– Размышляешь, какую ещё пакость он может придумать на пару со своей красоткой? – улыбается Таня.

– Кстати, я опытным путём выяснил, что одежду тебе подпортила не Ирка.

– Ты пытал Елисея? – удивляется Таня, чуть округлив свои глазки.

Я, воспользовавшись ситуацией, приближаюсь к лицу Тани и трусь своим носом о её. Она явно опешила, не ожидая подобного. Я легонько дую ветерком дыхания на её пухлые губки, глядя на реакцию. Она потрясённо вдыхает воздух через приоткрытые губы. Какая она сладкая милашка! Зацеловал бы всю. Но Таня быстро приходит в себя и поворачивает лицо, подставляя щёчку для поцелуя. Со стороны мы выглядим как обычная милующаяся парочка.

– Я его не пытал, Ласточка, – шепчу я на ушко Тане, – у этого болвана есть одна привычка. Когда его ловят на наглом вранье, и он пытается увернуться, он проворачивает перстень на пальце.

– Да, – подтверждаю я, – старая привычка. Как только он от неё не избавился.

– Может быть, он просто за собой её не замечает? – медленно говорит Таня и ахает. – Выходит, тогда я зря Ирке свинью подложила. А надо было Елисею!

– Сам увидишь. Кстати, тебе придётся вместе с Иркой завтра весь день провести. Она сейчас такая красотка…

Наконец, появляется Елисей, а Ира идёт за ним, опустив лицо очень низко и прикрывается воротником своей джинсовки, расшитой стразами.

– Что с Иркой? – спрашиваю я.

– Результат неудачного сочетания кислотного пилинга и разогревающей маски налицо, – говорит Таня и хмурит свои бровки.

Для меня её слова звучат, как какое-то устрашающее заклинание чукотского шамана, но Ирка сейчас напоминает свеклу. Так что это страшное сочетание чего-то там действует отменно.

– Чёрт… Мне стыдно! – расстроено говорит Таня. – Ирка пострадала ни за что! Надо было твоему братцу что-нибудь испортить.

– Но это же сойдёт? – спрашиваю я.

– Я рассчитывала, что у неё просто кожа пятнами покроется… Но у неё видишь, какая сильная реакция пошла? Сойдёт, конечно же. Но явно не так скоро, как ей хотелось бы.

– Но сойдёт же, чего расстраиваться?

– Тебе не понять! – отмахивается от меня Таня. – Ты же всегда был красавчиком.