Дина ушла, а Настя сидела с минуту не двигаясь, собираясь с духом, чтобы заглянуть в пакет. Хм. Галстук, запонки, сладкий аромат куклы.

«Не думать, не думать, — настойчиво твердила себе Настя, чтобы не позволить разгореться огню в котлах души. — Он тебе ничего не должен, вы играли, и он тебя перехитрил, потому что сильнее». Настя успокаивала себя долго, чтобы не сорваться и не устроить погром еще и на работе. Тогда ее точно в лечебницу сдадут.

Короткая встреча с Саней после работы, звонок от Майки, электронное письмо Леросу. Настя боялась, что, увидев Цербера утром, выскажет ему претензии, на которые не имела права. «Он тебе ничего не должен», — как мантру, повторяла она.

Но утро приближалось, а ярость не хотела утихать. Поэтому, чтобы произвести неизгладимое впечатление на Цербера, Настя надела голубой летний костюмчик с такой короткой юбкой, что почти стыдно. Под жакетом — белая майка с V-образным вырезом, открывавшая взору больше, чем следует согласно рабочему этикету. Густо подведенные глаза, помада вишневого оттенка — то, что нужно для конференции хирургов. Она им даже в качестве «подопытного кролика» согласна выйти на сцену, все равно почти голая.

Да, игра уже закончена, но Настя и не играла. Она просто решила вспомнить былое и ту безбашенную Аиду, которая не умела вовремя остановиться… Что угодно, лишь бы перебить адреналином копившееся отчаяние.

Настя захватила брюки, блузку и косметичку, для менее яркого макияжа. Придется впопыхах переодеваться к послеобеденной презентации.

Данила провел вечер в исследовательском центре, чтобы лично получить образцы продукта для завтрашнего совещания. Если ББ останется под впечатлением, если японцы увидят перспективу и возможную прибыль, то возьмутся за дело и в будущем появится новый филиал NеwТеk, созданный благодаря Летову.

Он так и не решил, с какой стороны подойти к Насте и стоит ли, поэтому ночью его мучила бессонница. Рыжий сочувствовал, засыпая и просыпаясь каждые десять минут, будто разделял терзания хозяина.

Данила почти простил Настю за выходку с родителями, но не мог смириться, что Терехова отказалась от их игры, да еще выставила его виноватым. Он спрашивал себя: смогут ли они с Настей доверять друг другу, чтобы однажды из-за недопонимания не разрушить друг друга окончательно?

Психологические приемы контроля эмоций на этот раз не помогали, и Летов не представлял, как избавиться от негатива, чтобы не выплеснуть его на Настю. Он хотел ее, любил ее, но не мог заполучить сию же секунду, и это бесило до темноты в глазах.

В таком противоречивом настроении Данила и явился утром на работу. Настя поливала цветы в приемной: за время практики она развела здесь целые джунгли. Стоило заметить стройную фигуру, как Данила закрыл глаза и зарычал про себя.