— У тебя через две недели начинается практика… у Григорьева в холдинге, так ведь?

Настя кивнула, ожидая подвоха, — и дождалась.

— Так вот не идешь ты к Григорьеру, на кафедре я уже договорился, все в порядке. Правда, Даня?

Ошеломленная, девушка наконец посмотрела на Цербера. Он сегодня выглядел рассеянным и уставшим: под светло-карими глазами пролегли тени, темные волосы с длинной челкой стояли вихрами. Совсем на руководителя не похож, хоть и в костюме заявился; правда, пиджака не было, все-таки конец июня, жара.

Цербер взглянул на Настю с раздражением и почти осязаемым гневом, молча обвиняя во всех бедах человечества. Наверное, это из-за вчерашней обязанности отвезти домой. Но то была первая вечеринка за три месяца бешеной учебы, так что имел бы совесть жаловаться…

Вообще, Данечка — человек принципиальный. Он присылал за Настей одного из собственных охранников только в случае, если самого не было в городе, а так являлся как штык и портил Насте праздник. Пытался угодить боссу, чтобы взобраться по карьерной лестнице, и ему удалось.

— Куда же я иду? — поинтересовалась Настя скептически у Цербера, и по хмурому лицу Данилы прочла, куда бы он ее послал, будь его воля.

— Ко мне, — процедил он и, вытянув ноги, сложил крепкие руки на груди, глядя с вызовом, подзуживая, чтобы «избалованная выскочка» устроила очередной скандал. Одна его наглая ухмылка чего стоила. Так бы и врезала. Брынь-брынь, сыграл Цербер по нервам Насти, и она почувствовала, как поднимается волна протеста, как начинают вибрировать струны внутри, а руки сжимаются в кулаки.

— Большой Босс, поясните, пожалуйста. Ваша шавка очень непонятно ответ пролаяла, я не разобрала.

Но никто не повелся на оскорбление — привыкли. Отец только хмыкнул и, многозначительно посмотрев на Данилу, сказал:

— А я о чем. А ты — может, не стоит. Еще как стоит.

— Папа, в комнате присутствует твоя дочь, а ты говоришь о ней, как будто ее нет. Некрасиво.

— Согласен, прости, Настасья, — ББ несколько раз кивнул, додумывая мысль, а потом выдал примитивный вопрос: — Ты кем хочешь стать, когда вырастешь?

Настя театрально закатила глаза к резному лакированному потолку и стала более энергично покачивать туфлей в такт рвущимся наружу крикам о помощи.

— Ты и так все знаешь.

— В школе хотела быть бессмертной королевой эльфов, но… оказалось, что мне лапши на уши навешали. Тогда я и открыла для себя волшебный мир брэндов. Хочу стать брэнд-менеджером мирового уровня, потому что я алчная сука и мне нравится указывать, как кому жить. Мечтаю навязать человечеству исключительно свои стандарты бытия, чтобы захватить мир и утопить его в геенне огненной.

Цербер ехидно улыбнулся и запустил пальцы в волосы, зачесывая челку наверх.