И лицо — интересное, что уж там говорить, яркое, запоминающееся. На плече — сумочка, в руках — портфель для бумаг. Словом, образцовая модель для журнала «Деловая женщина». Если, конечно, таковой журнал есть — Дэн как-то не интересовался.

— Ну надо же, — он откинулся на спинку стула, сложил руки на груди. — Не скрою. Заинтриговали.

— Простите, не понимаю.

Фраза — обман, тон — тоже. Никакого прощения эта дама, весь облик которой вопил: «Я делаю большие дела, и у меня день расписан по секундам», — не собиралась просить. Такая фигура речи. Но Дениса она почему-то задела. И вообще, вся эта дамочка с первого же взгляда его не пойми чем раздражала. Как соринка в глазу.

— Неудачная поездка в Таиланд? — он смерил ее внимательным взглядом, от светлой макушки до каблуков.

— Я вас совершенно не понимаю, доктор.

— А чего же тут непонятного? Сегодня, когда я утром пришел на работу, на табличке рядом с моим кабинетом значилось: «Батюшко Денис Валентинович, врач уролог-андролог высшей категории». Сейчас там что-то поменялось?

— Нет, — ответила блондинка спокойно. Но показалось, словно сквозь зубы. — Именно так и написано.

— В таком случае вывод один. Вы пришли на прием к андрологу. Никогда не думал, что скажу эту фразу, коль скоро практику в Шотландии не планировал, но куда деваться? Итак, поднимайте юбку. Я положительно заинтригован. Не видел ни разу живого транссексуала. Впрочем, и мертвого тоже не видел.

Она какое-то время смотрела на него молча. А потом подошла к стулу у его стола, села, нога на ногу — чуть резковато.

— Я оценила ваше чувство юмора, Денис Валентинович. К вам сегодня на прием должен прийти мой отец. С вами договаривались по его поводу. Зеленский Геннадий Игоревич.

Улыбка сползла с лица Дениса. Точно. Забыл. Отец же вчера звонил, просил принять. Его старинный приятель, кажется, друг детства. Да, именно Зеленский.

— Ну и где, собственно, Геннадий Игоревич?

— Я — его дочь. И хотела бы сначала сама поговорить с вами.

Ну да. Поговорить. О чем? У вас есть пенис, уважаемая? Или, возможно, тестикулы? Дэн не стал этого произносить вслух — не оценила бы иронии, это он уже понял. Вместо этого сказал другое.

— Мне не о чем говорить с вами. Ваш отец здесь?

— Да. Он там, в коридоре.

— Ваш отец — глухонемой?

— Нет.

— Он недееспособен? Умственно отсталый?

— Господи, конечно, нет!

— В таком случае я буду обсуждать состояние здоровья мочеполовой системы Зеленского Геннадия Игоревича именно и непосредственно с Зеленским Геннадием Игоревичем.

— Вы не понимаете!

— Это ВЫ не понимаете! — Дэн повысил голос. — Я — врач для мужчин. Мои пациенты — те, у кого есть пенис и яички. Если вы не подходите под эту категорию, прошу освободить мой кабинет.