Как теперь смотреть им в глаза? Мама никогда не была нужна папе, ее просто навязали, как выполнение долга? Возможно, я сама и понимала это, чувствовала, как бы ни прятала голову в песок, но детям никогда бы такого не сказала.

Как мог Чарльз позволить использовать свои дневники?!

Королеву возмутило другое – принц использовал не только личные записи, но и официальные документы.

Принц Филипп был возмущен его откровениями о никуда не годном, жестоком воспитании в детстве.

Чарльз обидел всех, кроме своей Камиллы. Даже Эндрю Паркер-Боулз не выдержал откровений любовника своей жены и подал на развод.

А я ответила еще одним ударом, полностью перечеркнувшим любую возможность возвращения в королевскую семью. Хотя разве была возможность после таких откровений?

Я тоже дала интервью, только Мартину Баширу, в котором откровенно рассказала обо всем, но не только о наших отношениях с Чарльзом и о Хьюитте, но и об отношениях с фирмой. Даже не представляю себе, что должно было твориться в королевской семье! Я откровенно дала понять, что не вижу Чарльза королем, что королевская семья никогда не воспринимала меня так, как следовало бы… и еще многое.

Я могу перед кем угодно повторить: следующим королем должен стать Уильям. Если реализуются все заложенные в нем задатки, то Уильям станет фантастическим королем! В нем счастливо сочетались отцовская серьезность и сосредоточенность и моя душевность и стремление помочь людям. Гарри менее ответственен, но он очень добрый мальчик и будет прекрасным помощником брату.

Я очень надеюсь, что они останутся дружны на всю жизнь.

В декабре я получила сразу два письма, предлагающие решить вопрос о разводе, причем срочный, – от королевы и от Чарльза.

Мосты были сожжены, принц Филипп объявил, что если я буду слишком капризничать, то меня лишат моего титула, на что я ответила, что мой титул гораздо древнее его собственного. И правда, графы Спенсеры уже были подле английских королей, когда предки принца Филиппа вовсе не значились ни в каких списках!

И все же я билась за титул «королевское высочество».

Зачем? В этом была своя хитрость, я старалась не повторить ошибки Ферджи, оставшейся без денег и крыши над головой. В качестве утешительного приза бедной Саре купили дом на имя ее дочерей и выдали некую сумму, которая не позволила даже покрыть сделанные раньше долги. Я так не хотела. Достаточно того, что брат уже отобрал у меня семейную тиару.

Нет, у меня двое детей, за которых я ответственна, мне надо думать и об их содержании.