Дверь скрипнула, в нос ударил запах духов. Диана вошла в комнату и закрыла за собой дверь.

— Вы? — Эбби непроизвольно плотнее запахнула халат, как будто толстая ткань могла защитить ее.

— Вы позволите? — Диана беспомощно взглянула на хозяйку комнаты.

— Вы уже зашли и даже закрыли дверь, — сухо ответила Эбби.

— Да… я… — блондинка выглядела какой-то тусклой. — Я пришла извиниться…

— Что? — если бы сейчас вдруг растаял весь снег, а в саду зацвели вишни, Эбби была бы меньше удивлена, чем извинениям леди Флемминг.

Та все еще стояла у дверей, и девушка холодно кивнула на кресло:

— Спасибо, — она грациозно опустилась на край сидения, взглянула на собеседницу, вдруг всхлипнула и закрыла лицо руками:

— Мне так стыдно, так стыдно…

Эбби молчала, хмуро ожидая продолжения. Она не сомневалась, что все это — представление, расчитанное, чтобы разжалобить ее, только не понимала, зачем надменной леди Флемминг это нужно.

Наконец, Диана отняла руки. Ее щеки пылали, а глаза покраснели и припухли. Меньше всего сейчас она напоминала ту надменную красавицу, которая со снисхождением взирала на соперницу.

— Вы действительно плакали? — не сдержалась Эбби.

— Как ни странно, у меня тоже есть чувства, мисс Торнотон, — отозвалась блондинка, совершенно неизящно шмыгая носом. — не скрою, чувство стыда — не самое любимое.

— Но плакали вы не из-за этого, — мягко возразила девушка.

Она знала, что должна выставить незваную гостью вон, н о что-то удерживало ее от этого шага.

— Разумеется, — Диана горько усмехнулась. — Не скрою, мне неприятно извиняться перед вами.

— Тогда зачем вы это сделали?

— Потому что Макс теперь не разговаривает со мной! — отчаяние в голосе было искренним. — Вчера от отчитал меня, сказал, что устал от вечных выходок, и между нами все кончено!

Диана прижала ладони к переносице, пытаясь сдержать слезы. Эбби потрясенно смотрела на нее, пытаясь сообразить, что сказать.

— Я люблю его! — продолжала та. — Люблю с тех самых пор, когда приехала сюда впервые. Думаете, я всегда была красавицей?

— Откуда мне знать, какой вы были?

— Долговязой, прыщавой, с кривыми зубами и блеклыми волосами. Про таких обычно говорят “серая мышка”. А еще я была очень неуклюжей, — Диана отвернулась, смотря в окно невидящим взглядом. — Я споткнулась, поднимаясь по лестнице, и чуть не упала, когда Макс подхватил меня. Я заглянула в его глаза и пропала…

— И, разумеется, приложили максимум усилий, чтобы стать красавицей, — пробормотала Эбби.

— Ну что вы! Я просто ночами рыдала в подушку. Я боялась хоть кому-то сказать о своих чувствах: меня попросту бы подняли на смех

— Теперь вы рассказываете о них мне.

Блондинка покачала головой:

— Это — другое.