Чейз снова отвел взгляд, и я, к великому своему удовлетворению, даже сквозь загар увидел, как он покраснел. Актер смущенно кашлянул.

– Ну, вы знаете… – пробормотал он. – Бонусные мили, скидки… – Чейз сделал жест рукой, словно отмахиваясь от всякой ерунды. При этом он, очевидно, забыл, что держит в руке кружку с кофе. И в результате плеснул кофе на мой стол, забрызгав даже дверь. – Ох, черт! – спохватился он. – Извините, – Роберт сорвался с места и устремился к двери. – Пойду салфеток принесу, – бросил он через плечо.

Пару секунд я смотрел ему вслед. Даже странно, как такой самодовольный красавчик может вдруг превратиться в обыкновенного растяпу.

Может, стоит сменить тему? Неужели разговоры о его привычках настолько выводят его из равновесия? Или он пытается скрыть что-то еще помимо своего богатства?

Да нет, вздор. Это просто я по своему обыкновению выискиваю во всем темную сторону – даже там, где ее нет. Я отмахнулся от этой мысли и оглядел стол, оценивая ущерб. Кофе пролился точно на промокашку, так что мне повезло. Только одна небольшая капля угодила на верхнюю папку, но наверняка не просочилась внутрь, а маленькое пятнышко на обложке вряд ли кто-то заметит.

Роберт вернулся почти бегом, сжимая в руке ком бумажных полотенец, и я отошел от стола, чтобы не мешать ему с уборкой. Занимался он ею лихорадочно, не переставая бубнить: «Извините. Черт. Извините бога ради». Зрелище вышло довольно жалкое, и мне его стало почти жаль. Однако же, разумеется, жалость не относится к тем чувствам, на которые я способен, а если бы и был, то уж наверняка не стал бы растрачивать его на Роберта. Поэтому я просто стоял, смотрел на него, и у меня даже почти получалось не ухмыляться.

Роберт успел вытереть почти весь кофе, когда зазвонил телефон. Я перегнулся через него и дотянулся до трубки.

– Морган, – буркнул я.

– Ты мне нужен, – произнес знакомый голос ворчливо и при этом властно. – И папку с делом захвати.

– Каким еще делом? – не сразу понял я.

– Девицы на помойке, – прошипела Дебора. – Господи, Декстер. – В трубке послышались короткие гудки, и я несколько секунд стоял, тупо глядя на нее и пытаясь понять, что задумала моя сестра. Дело вела не она – на него назначили Андерсена, а значит, Дебора формально не имела к нему никакого отношения.

Разве только в качестве наблюдателя, назначенного в помощь Джекки Форрест, чтобы та познакомилась с расследованием настоящего убийства. Ну да, возможно, она хотела продемонстрировать Джекки, на что похожа жизнь следователя… и эксперта. Отсюда следовало, что Джекки, возможно, сейчас с ней. И при мысли об этом внутри у меня что-то вспыхнуло и принялось разгораться – до тех пор пока я не вспомнил, как зол на нее за то, что она заняла столько места в моих мыслях.