Однако ничто не вечно, и вот отмеренная мне удача исчерпана, и вот он я, застигнутый в наихудшей форме и в момент, когда мне так нужно превратиться в умную, безотказную машину уничтожения, какой я был всегда… пусть даже лишь в собственном воображении.

Вот так. Весь мир вокруг меня горел ясным пламенем, а я сидел сиднем в своей машине, массируя виски и пытаясь понять, куда делись все мысли. Эстор могла оказаться где угодно. Роберт мог увезти ее на свой особый курорт в Мексике, а мог – в Эл-Эй или куда-нибудь еще. Возможно, сейчас, в эту самую минуту он проделывал с ней всякие гадости, а она плакала, молила о пощаде и не понимала, почему не приходит помощь.

А помощь в лице Декстера не могла прийти, потому что не знала, куда ей спешить, – и, возможно, для Эстор это было и к лучшему с учетом моих предыдущих достижений. И с учетом того, во что я превратился сейчас, поскольку, сидя на месте и ругая себя тупицей, я вряд ли мог хоть кому-нибудь помочь, пусть даже эта ругань и справедлива.

Возможно, эти мозги что-нибудь да придумают. Возможно, Рите повезет больше, чем мне. Вряд ли все может стать хуже, чем есть, если только она не подожжет себя ненароком.

Поэтому я достал телефон и позвонил Рите – в основном потому, что как непроходимый тупица не смог придумать ничего другого.

Но телефон Риты все звонил и звонил, пока снова не переключился на голосовое сообщение. Куда бы она ни уехала, она все еще оставалась там. Уж не значило ли это, что она их нашла? Или просто застряла в пробке? И куда она вообще поехала?

Я выбрал последнее присланное мне сообщение и прослушал его еще раз. В нем ничего не изменилось. Единственное, что могло хоть как-то намекать на то, куда она собралась, это слова: «Я знаю, ты говорил, она может вернуться домой, и я тогда подумала, это верно, она может, а может, и нет… В общем, я тут отъеду минут на двадцать…»

«Она может домой, а может, и нет…» Сказано в стиле Риты, так обрывочно и несвязно, что могло бы означать что угодно.

Но я столько лет бился, пытаясь понять смысл ее слов, что мне казалось, я мог бы и перевести это. Конечно, мыслительный процесс, как оказалось, мне враждебен и даже опасен, но я все равно сделал попытку. Я взял «домой, но нет», приплюсовал к этому «отъеду минут на двадцать», и получил в результате единственное, что это могло бы означать. Возможно, я ошибался, но в результате у меня выходил наш Новый Дом. Дом, но не дом, в десяти минутах езды от старого, и гарантированно одно из мест, куда Эстор могла хотеть пойти.

Конечно, мне пришлось исходить из того, что у Эстор вообще спрашивали, куда пойти. Но я-то знал, какой настырной она может быть, а если ей и не удавалось настоять на своем, – весьма упрямой. И Роберт наверняка отчаянно ищет место, где он мог бы залечь.