Однако это часть моего нового ремесла, и если я хочу пробиться наверх, к более сложным ролям, семь дублей покажутся детской игрой по сравнению с тем, что мне предстоит, – особенно если это будет вдруг полноценная роль, а не эпизодическая в сериале. Джекки говорила, что в художественных фильмах с солидным бюджетом и полторы сотни дублей не редкость.

Поэтому я терпеливо изображал удивление при виде проезжающей мимо машины до тех пор, пока Виктор не остался доволен – а потом мне пришлось перенести еще целых три расстрела.

Уверен, мне пришлось бы страдать и больше, если бы не тот факт, что всякий раз, когда хлопушки взрывались, разбрызгивая кровь, моя рубашка приходила в полную негодность, а у костюмеров таких имелось только три. Поэтому после того, как я в третий раз вышел из умелых рук Дикки, увешанный взрывчаткой, а потом изобразил Декстера – Умирающего Лебедя, грациозно рухнув на канализационную решетку, Виктор махнул рукой.

– Ладно, сойдет. Давайте сюда Джекки.

Не двигайся с места, Деррик.

– Декстер, – поправил я. Ощущал я себя при этом неловко; должно быть, примерно как Роберт, которому не нравится, когда его называют «Боб». Виктор не ответил – вне всякого сомнения, он был занят, отдавая жизненно важные распоряжения.

Я не двинулся с места. Никто не спросил, удобно ли мне лежать, но было неудобно. Солнце по меркам осеннего дня жгло просто немилосердно, а мостовую, наверное, специально отбирали по принципу повышенной жесткости.

Однако мне показалось, что просить подушку или зонтик будет слишком уж непрофессионально, поэтому я просто лежал, погружаясь в мрачные раздумья. Я пытался представить себе, когда наконец придет Джекки и сколько еще дублей нам предстоит. Я думал, увидит ли будущий зритель в этой нашей главной совместной сцене нечто особенное, что связывает нас с Джекки. Я слышал, что такая «химия», возникающая между актерами, придает их работе особое звучание, а уж чего-чего, но химии между нами хватало. Как знать, может, это перенесется и на экран? Но, конечно, я же по сценарию умер, а это несколько ограничивало мою химическую активность. Возможно, не время и не место думать о будущей «Эмми».

И еще я размышлял, ждут ли нас в будущем другие совместные сцены. И вообще, есть ли у Джекки и Декстера будущее? Мы как-то не очень разговаривали об этом с тех пор, как я удачно сменил тему разговора в шезлонге на балконе номера Джекки.