Напрягали непростые отношения с папой, который начал оттаивать только вот-вот и то, сохраняя дистанцию. Зато улучшились отношения с мамой, они стали чаще беседовать.

Год – он длинный.

Многое забывается, стирается, перестраивается.

И когда прошлое врывается в настоящее, вполне ожидаем сбой.

Что и произошло с Сашей, когда она увидела Олега.

Она знала, что должна сказать слова благодарности. Перед ней человек, подарившей ей жизнь. Это не метафора, это истина. Но язык прилип к нёбу, и единственное, что могла делать Саша, когда у неё закончились дерзости, наблюдать, как Осетин двигается на неё.

"Делает рывок – привычный, до боли знакомый – и вот она уже в его руках. Крепко прижатая к сильному телу, где её груди, которые неожиданно для Саши стали безумно чувствительными, соски напряглись и заныли, оказались расплющенными о мужскую грудную клетку. Саму же Сашу заключили в захват, из которого невозможно было вырваться. Одну руку Олег распластал на её спине, разведя пальцы, тем самым увеличивая площадь давления, а вторую запустил в волосы, обхватив затылок и окончательно лишая Сашу шанса на освобождение.

Саша приглушенно охнула, заставляя себя отчаянно держаться на плаву и ни в коем образом не позволять омуту темных глаз поглотить её.

– Какая ты стала…

Мужской голос, как бархат, как драгоценные жемчужины, катился по её спине, вызывая в Саше новые эмоции. Или хорошо забытые? Те, что она не испытывала на протяжении долгих месяцев.

– Какая? – бросила девушка в ответ, а у самой перехватило дыхание от близости Олега.

Он рядом.

Стоит. Дышит. Смотрит на неё.

Ближе уже некуда…

– Смелая. Красивая. Один твой танец чего стоит, – его горячее дыхание обожгло щеку Саши, вызывав незримую дрожь по всему телу.

Девушка не пыталась вырваться, бесполезно, да и не хотела она вырываться. Только сейчас, оказавшись прижатой к груди Олега, она поняла, насколько прошедший год был наполнен ожиданием их встречи. Где-то глубоко в душе она знала – рано или поздно их пути пересекутся. Не могут не пересечься.

– И знаешь… Я соврал. Я наблюдал за тобой. Никогда не выпускал из вида. И то, что ты оказалась в моем клубе сегодня – фатальное стечение обстоятельств, которым я не мог не воспользоваться. Сколько можно на тебя смотреть со стороны, а, куколка? Да и то, как ты виляла попкой… Черт, Саша, у меня от одного вида на тебя встал.

В подтверждении слов, Олег толкнулся бедрами, давая понять, что он не шутит.

Она поверила ему. Каждому слову.

– Так почему не давал о себе знать? – Сашу волновало только это. Горечь всё же подкатила к горлу, сдавила изнутри. Глупые обиды, зачастую такие детские и неоправданные, необоснованные, выступили вперед, задвинув разумность и чувство благодарности.

– А надо было бы?

– Надо.