Глаза светились радостью, когда она смотрела на мага.

— И молодую жену привез! — Взор ее обратился в мою сторону, и она всплеснула руками. — Добро пожаловать, нейра Эллен. Я очень хотела с вами познакомиться. Зовите меня Донни, я нянечка этого мальчугана.

— Донни… — буркнул он, смутившись. — Какой я тебе мальчуган?

— Для меня ты всегда будешь маленьким, — улыбнулась старушка с умилением. — Я получила твое известие с посыльным, поэтому попросила Терри приготовить ужин. Спать вот не ложилась, все вас ждала.

После этого, не слушая возражений, няня буквально затолкала нас в кухню.

Норвин смотрел на старушку с нежностью и не хотел обижать отказом. Вообще такое выражение его лица видеть было непривычно.

— Донни всегда была для меня членом семьи. Даже когда я вырос, она захотела остаться. К ней я мог прийти за советом.

После легкого, но сытного ужина муж повел меня на второй этаж. Дом его семьи был большим, но уютным и чистым — слуги не ленились даже в отсутствие хозяина.

— Я велел подготовить для вас комнату матери, — Норвин открыл передо мной дверь, пропуская внутрь.

Создавалось впечатление, что хозяйка покинула эту комнату не далее чем вчера.

В воздухе витал легкий аромат лаванды, на полке стояли милые безделушки и свежие цветы в вазе, на столе — книги и чернильница.

Норвин замер на миг, потом направился к туалетному столику. На нем разместилась шкатулка темного дерева, на крышке — искусно вырезанный цветок с сердцевиной из аметиста.

— Здесь хранятся наши фамильные драгоценности. Позвольте преподнести их вам в качестве свадебного подарка.

Он бережно извлек золотое колье с россыпью мелких изумрудов и бриллиантов, в центре висела длинная изумрудная капля, похожая на слезу.

Я послушно сделала то, что он просил, и ощутила, как металл похолодил шею. Капля легла в ложбинку, блеснув россыпью зеленых искр, чужие руки бережно отвели в сторону волосы, пальцы коснулись кожи. Щелкнула застежка.

Норвин за плечи развернул меня к зеркалу:

— Некоторые из этих украшений являются артефактами, но никто не знает, какую силу они проявят у нового владельца. Камни заряжаются духовной энергией хозяина, привыкают к его магии.

Он не спешил убирать руки, выписывая большими пальцами круги у меня на плечах.

Это и напрягало немного и… было приятно чувствовать чужую силу, да. Чего уж скрывать. Но романтический флер нагло развеяли.

— Золотишко! Камешки! — восторженно пропищал тиин. — Не вздумай отказаться, иначе покусаю.

Вот что с ним делать? Теперь я понимаю Эллен, которая оставляла фамильяра дома в одиночестве. Он кого угодно с ума сведет.

— Что такое? Вы не рады подаркам? — спросил Норвин.

— Я? Нет-нет… конечно, рада. Просто немного обескуражена.

Стыд из-за вынужденной лжи снова накатил волнами.