Я ощущаю слезу на ресницах, потому утыкаюсь носом в его пальто, затем прижимаюсь ухом и чувствую быстрые толчки чужого сердца. Ток крови странным образом успокаивает… И тепло. Какое-то новое для меня чувство, которое не могу до конца осознать. Защищенность?

– Почему ты решила учиться на юриста? – шепчет он у виска и приглаживает волосы на моей макушке. – Кем ты хочешь стать?

Отвечаю не сразу. Его голос гипнотизирует, как волны, скользящие по камням, и заставляет вздрогнуть. Лео ловит мою дрожь и прижимает ближе.

– Судьей.

– Судьей?

– Считаешь, из меня выйдет плохой судья? – я поднимаю глаза и удивляюсь, насколько этот мужчина близко подобрался. Застываю.

– По правде сказать… так и считаю.

Я выдыхаю. Почему это? Получше некоторых! Хочу отпрянуть, но адвокат обхватывает меня крепче и продолжает:

– Тебе надо идти в прокуроры.

– Чего это?

– Ты несправедлива.

– Я?!

– Да, Хромик, – улыбается он. – Судья должен быть беспристрастным, а ты априори против преступников. Так нельзя. Это детский взгляд глупого человека. Разве ты глупа? Нет. Либо взрослей, либо стремись туда, где тебе не станут мешать предрассудки. С твоими взглядами можно пропустить истину. Зачем нужен такой судья? Ты делишь мир на черное и белое. Но это иллюзия. Однобоко мыслишь.

– А ты считаешь себя справедливым?

– Эми, я прославился защитой известных преступников, которые хорошо платили, многие из них были невиновны, а виновные все равно оказывались за решеткой, просто со сроком поменьше. Я вообще считаю, что тюрьма – это бред. Человек там не меняется. Он становится еще хуже… Однако я хотел сказать не об этом…

– А о чем?

– Я ведь защищаю и потерпевших. – Он переплетает наши пальцы и обреченно вздыхает.

Смотрю на сплетение ладоней и не могу решить, разрывать его или нет. Лео задумчиво продолжает:

– Но вокруг них меньше шума. Все знают меня по громким скандальным делам. Я люблю свою работу. И выполняю ее в лучшем виде, независимо от своего отношения к клиенту. Хочешь стать судьей? Измени отношение к миру. Смешай краски. И заметь новые."

"– В тебе дремлет философ, – смеюсь, греясь на его груди. От адвоката исходит невыносимо приятный жар. – Я рассказала о семье. Будет честно, если ты расскажешь о своей. Где твоя сестра?

– Мертва.

Я прикусываю губу.

– Прости, что спросила.

– Ничего. По правде сказать, я давно не делился этим.

– Расскажешь?

Чувствую, как Лео передергивает, но он мгновенно успокаивается.

– В четырнадцать лет ее изнасиловал один ублюдок. Но дело прикрыли. Отец был в ярости, в диком отчаянии… И… он убил того парня.

– Господи!

– Да, не лучшая родословная, – усмехается он.

– Так, а…

– Сестра покончила с собой, когда отца посадили. Мать сильно горевала. В итоге – психушка.

– Сколько тебе было?

– Двенадцать.