— Не прикасайся теперь… я сама…

Психанув, одергивает руки, и кладет на подоконник, сжимая его край.

А я почти сразу начинаю терять ориентацию от приятных ощущений, мурлыкая, постанывая и вдавливаясь в него спиной. Чувствую его горячее дыхание на моей шее.

Ведет губами по чувствительным местам за ушком, и я слетаю! Перед самой вспышкой удовольствия я, задыхаясь, резко торможу, не позволяя себе кончить.

— Еще… еще… — пытается он вернуть мои пальчики на место.

Моё тело против такой остановки! Но врожденная вредность на порядок сильнее моих потребностей.

Пытаясь проморгаться и хоть чуть-чуть стряхнуть с себя этот плавящий меня дурман, я разворачиваюсь к нему на полусогнутых и ухмыляюсь.

Мне кажется, если просто несколько раз ритмично сжаться снизу, то я тут же кончу.

— А теперь пора к гостям!

— С ума сошла!? — перехватывая меня за талию, пытаясь остановить.

— А ты думал, я только тебя подразню, непокорный мальчик?

Вырываюсь я, смеясь.

— Руки! — рявкнула на него я. — Не трогай!

Одергивает. Они застывают в воздухе.

Наклоняясь нежно целую в ушко.

— Я всё равно получу своё: так или иначе.

И либо ты послушный участник, либо зритель.

— Я всё понял, — прижатой к нему щекой я чувствую, как он улыбнулся. — Ты не падаешь со столов, а я — ОЧЕНЬ "покорный мальчик"!

— Хорошо… — пробегаюсь мокрыми пальчиками по его губам, и мы целуемся, облизывая их.

Подтягивая меня за талию, он добирается до моей возбужденной плоти.

— О, нет! — уворачиваюсь я. — Как говорит наш уважаемый тематический друг Руслан — новые рефлексы нужно закреплять!

Чмокнув его в губы, вылетаю из комнаты, тут же врезаясь в Ожникова. Он подхватывает меня за талию.

Поднимаю на него ошалелый перевозбужденный взгляд.

— По тебе что, там трактор проехал? — его ноздри вздрагивают, и он глубоко вдыхает мой запах… И сжимая зубы, цедит: — Б*яяять… Туманова… Исчезни от греха!

Утыкаясь лбом ему в грудь, я тихо смеюсь…

Он сегодня у нас один.

Ожников сжимая мои плечи, впечатывает меня спиной в грудь Аронову, вышедшему сразу за мной.

— Сочувствовать или завидовать? — еще раз глубоко вдыхает он, встречаясь глазами с Олегом.

— Забудь! — шикает на него тот

Музыка резко обрывается, народ возбужденно собирается вокруг одного оставшегося стола, шампанское, бокалы… время «икс» приближается!

Шампанское под смех льется пеной мимо бокалов.

Парочки обнимаются, перешептываются, создавая маленькие очаги чего-то теплого по ощущению и обособленного. Олег протягивает мне бокал. Бью куранты все замирают, подчиняясь старым традициям. На последних ударах все приходят в движение, чокаясь и поздравляя друг друга еще по одному кругу.

— С новым годом! — разворачиваюсь я с улыбкой к Олегу и касаюсь его бокала своим.