Короче, надо пока не афишировать, что случилось. Попробуем решить все своими силами.

— Пальму кто абортировать будет? — Горько хмыкнул замполит.

— Может, еще не станет она щенная.

— Хе… Ну да. Не станет. Как же.

— Давай, Дима, решать проблемы по мере их поступления.

Внезапно в дверь постучали.

— Да! — громко сказал Таран

Внутрь заглянул дежурный по заставе.

— Товарищ старший лейтенант, к вам капитан Сорокин.

Лейтенанты переглянулись. В глазах Строева отразились такая тревога и уныние, что Тарану стало не по себе.

— Пусть войдет, — ответил Таран дежурному, а когда тот исчез за дверью, тихо добавил: — тьфу ты… черт его дернул именно сегодня на заставу заявиться.

Когда во двор заставы вошел особист Сорокин, мы кололи дрова для заставской печи отопления.

Я выпрямился от пня, утер со лба пот и закинул топор на плечо. Пока Уткин собирал нарубленное, я глянул на особиста Сорокина, которого уже встретил дежурный и повел в канцелярию.

Подумав, что ничего хорошего визит особиста не несет, я отправился к козлам, на которых парни распиливали ствол акации. Хотел взять себе новое поленце.

Интересно, это Сарокин так о собаках оперативно узнал? Или приехал по какой-то другой причине?

Выбрав полено, я увидел, как топает за новым Богдан Семипалов. Видок у него, конечно, был тот еще. Я бы сказал, в душе солдата преобладало упадническое настроение. Оно и понятно.

— Слушай, Саша, подожди, — вдруг сказал он, когда я собирался уже уходить.

Я наградил Богдана холодным взглядом.

Спасибо, что заступился, — сказал Семипалов тихо, — сам не знаю, что на меня нашло. Уже сто раз пожалел, что выкинул всю эту глупость сегодня ночью.

— Ты пожалел, не что выкинул, а что поймали, — сухо ответил я.

Семипалов, вдруг удивился. Вскинул брови. Видимо, думал он, что раз я не дал его побить, так значит стою на его стороне. Он вдруг погрустнел еще сильнее. Опустил взгляд, не зная, что мне ответить.

— Да у меня вообще жизнь тут наперекосяк… — Заблеял он понуро. — Невеста вот…

— А ты решил и другим ее наперекосяк пустить? — Перебил я Богдана.

Семипалов широко и удивленно раскрыл глаза.

— Тут у всех невесты. У всех браться-сватья. У всем мамки дома больные, — я сурово заглянул ему в глаза. — Друзья, погибшие на войне. И ничего. Служат. Один ты у нас получаешься необычная снежинка, так?

— Саша… — замявшись, промямлил Семипалов.

— Молись, что б с собаками все решилось, Богдан.

С этими словами я направился к пню, дрова колоть. Не успел взяться за топор, как увидел дежурного, торопливо бегущего ко мне.

— Селихов, Саша, — сказал он, — шеф к себе вызывает. Давай в канцелярию.

Когда дежурный завел меня в кабинет к шефу, тот уже болтал о чем-то с Сорокиным, вальяжно откинувшемся на стуле у стола начзаставы. Как раз на том стуле, где сидел не так давно Шарипов.