Три километра до дома без единой промежуточной остановки, шутливого "хватит", "загонял" И я знал, что он не остановиться и будет бежать за мной, потому что я задаю темп, и не попытается догнать, схватить за капюшон, ибо знает, я не остановлюсь. Заставлю нас бежать, до тех пор, пока моя рука не коснётся подъезда, а если он скажет: "Хрен с тобой. Я пас" - значит я, продолжу бежать дальше один.

   Потому что это мой бег, моя дорога, мой собственный путь, неукротимое желание внутри, осуществить намерение, во что бы то ни стало. Долететь до звезды.

   Нет мелочей. Мелочей не бывает, никогда.

   Чтобы ты не делал, делай так, словно живёшь последний день на земле, и только тогда можно оглянувшись назад, сказать, что

Давай рядом проснёмся,

Как будто мы умерли вдвоём,

Напишем на стене кровью

Подчиняясь чьим-то устоям, законам.

Давай приколемся, мне этого не хватало -

Серость дней достала, забав мало.

   Срывающийся синими звёздами вопль, полный скулящего, сумасшедшего азарта, двух воющих от восторга волков, готовых крейзануться от собственного долбоебизма, но понимающих это их время Здесь и Сейчас...

   Вольх нагоняет и несётся рядом.... - Ты крейзи, Ник...Головка бо - бо?

   И мы стоим, тяжело дышим, и смотрим друг на друга, не в силах наглотаться воздуха, почти сползая, и одновременно пытаясь заползти внутрь, а потом начинаем одновременно ржать глядя друг на друга, желая рухнуть в снег раскинув руки.

В тёплой ванне перережем свои вены,

Зимой сядем на велик, летом на санки.

Посвятим друг другу повести...

Давай приколемся! Давай приколемся!

   Я хватаю снежок и залепляю ему в морду, получаю в ответ и мы с воплями носимся вокруг скамейки, обкидываясь, улюлюкая вопя. Зимнее сумасшествие, чистейший выход адреналина. Помогающее отпустить напряжение изнутри. Дать выход.

   Вольх делает резкий прыжок наверх, за секунду перепрыгивая хлипкую деревянную преграду убежища которой, я прикрывался, что бы безнаказанно обкидывать его комками, но не успевает схватить. Я оттолкнувшись от лавочки с хохотом залетаю в подъезд и держу дверь изнутри, что бы в следующую секунду, открыть и сдаться позволяя натолкать себе снега за шиворот, с умоляющим пощадой матюгами.

   - Ник, я тебя ...ббб боюсь...бля... - Пальцы Вольха разжались. Он смотрит улыбаясь, небрежно отшвыривая снег на ступеньки, отряхивает пальцы.

   - Да чего нас покойников бояться,. - Я дурачась скосил глаза к носу, пародируя анекдот и оказался прижат к исписанной стене.

   Там где лестница только начинает свой первый пролёт. Самое неудачное местно для поцелуев. Острый запах мочи, дерева и вечно забитого мусоропровода, сейчас сглаженного холодом и зимой.

   - Воль, ты... Чего?

   Мне снова сделалось неуютно. Он смотрел на меня, я на него. Я не понимал? Нет, я всё понимал.