— Я вас не понимаю, — напряженно заметил Петигрю.

Он прекрасно все понимал и в то же время знал, что Макуильям знает это, и извлекал из этого некоторое удовольствие. «Странно, — подумал он, — каким выразительным может быть внешне неподвижное лицо! Этот парень говорит мне, что я лгу, и при этом и глазом не моргнул. Интересно, как это ему удается?»

— Я имел в виду, естественно, — уточнил начальник полиции, восхитительное равнодушие, с каким вы удовлетворялись ответами на мои вопросы. Большинство людей на вашем месте не удержались, чтобы спросить, к чему они.

— У меня есть небольшой опыт в том, чтобы задавать вопросы и отвечать на них, — невольно объяснил Петигрю.

— Небольшой опыт, понятно. — Макуильям, по-видимому, был невероятно удивлен этим признанием, хотя на его лице ни один мускул не дрогнул. — Думаю, вы знакомы с моим другом Маллеттом из Нового Скотленд-Ярда?

— Да, — угрюмо ответил Петигрю, чувствуя себя загнанным в угол.

— Надеюсь, вы не будете возражать, если я скажу вам, что он очень высоко отзывался о вашем уме?

Это было последним ударом. Не сам комплимент, а мягкий укоризненный тон, которым он был произнесен, доконал Петигрю.

Внезапно ему захотелось рассмеяться вслух и обнять этого странного выдержанного полисмена, как мужчину и брата.

Вместо этого он спросил:

— Скажите, старший констебль, вы играете в шахматы?

— Немного. И — чтобы не подражать вашей отстраненности — почему вы об этом спрашиваете?

— Я просто думал, на сколько ходов вперед вы способны видеть.

Мужчины несколько секунд глядели друг другу в глаза, а затем одновременно рассмеялись.

— Думаю, можем считать игру законченной, мистер Петигрю.

 — Макуильям вновь стал серьезным. — Я понимаю ваши чувства, но у меня сильное убеждение, что вы можете нам помочь. Мистер Маллетт часто рассказывал мне…

— А Скотленд-Ярд тоже будет расследовать это дело?"

"— Боюсь, что нет. Я не хочу обескураживать Тримбла в его первом серьезном деле, а он чрезвычайно самолюбивый человек. Надеюсь, наше отделение сможет самостоятельно провести всю необходимую розыскную работу. Но только я считаю, что в этом деле кроется нечто более глубокое. И вот здесь вы можете принести пользу.

Петигрю кивнул. Не отдавая себе отчета в том, как это произошло. Теперь то, что казалось ему немыслимым еще полчаса назад, представлялось самым естественным.

— Конечно, — говорил Макуильям, — это только мое ощущение. У нас собраны далеко не все факты — просто несколько фактов подобно тем, о которых я вас спрашивал, — и, возможно, когда все они соберутся вместе, дело окажется довольно простым. Но не думаю, что я ошибаюсь. — Он снова взглянул на часы и поднялся. — Мне пора в офис.