– Я отвезу твою подругу! – прозвучало как приказ.

– В этом нет необходимости. Я сама доберусь, – замотала я головой.

Мне совершенно не улыбалось ехать в машине с этим мужиком. Мы ничего плохого с Кариной не сделали, но мне было отчего-то ужасно стыдно. Лучше я пешком пойду до общаги.

– Я сказал, отвезу! – не отрезал, отрубил Давид Андреевич, отбирая у меня рюкзак.

Я вопросительно посмотрела на подругу, но та лишь скорчила недовольную рожицу. С этим мужиком не стоит спорить – вот что я поняла.

Карина проводила меня до дверей их особняка и обняла на прощание. Давид Андреевич глаз с нас не спускал, раздражённо дожидаясь, пока мы попрощаемся.

– Извини, Крис, – шепнула мне подруга. – Папа не в настроении.

Я уже это заметила, поэтому предчувствие не самой приятной поездки меня не отпускало.

– Да ладно, забей, – успокоила, как могла, Карину.

Мужчина открыл для меня входную дверь, намекая, что мне пора выметаться. До его чёрного внедорожника, больше походящего на танк, мы шли молча. Он снял машину с сигнализации, открыл для меня дверь и подал рюкзак, когда я неуклюже вскарабкалась на сиденье и наконец-то уселась.

Ладони вспотели от волнения, пока я возилась с ремнём безопасности, а когда за руль уселся Давид Андреевич, я вообще дышать перестала. Выглядел он грозным и очень недовольным.

Я понимала, что этот мужчина мне никто, просто отец подруги, которому не понравилось то, что пью его дорогущий коньяк у него дома, но почему-то чувствовала себя не в своей тарелке.

– Куда тебе, Кристина? – уткнувшись в навигатор, спросил мужчина. Я назвала адрес, и он вбил его в меню. – Общага, что ли? – презрительно хмыкнул он. – Девочка с периферии?

– Да, я не местная, – почувствовав себя какой-то ущербной, гордо ответила я.

– Да по тебе видно, – добавил Давид Андреевич, и это уже прозвучало, как открытая издёвка.

Некоторое время мы ехали молча. Я искоса поглядывала на мужчину, уверенно держащего руль, и думала о том, что скорее бы мы доехали до общаги. Даже находиться с ним рядом было неприятно.

– На что ты живёшь, Кристина? – неожиданно спросил Давид Андреевич.

– Родители помогают, стипендия у меня повышенная, плюс я пишу рефераты и дипломы для однокурсников, – честно ответила я.

– Ясно, – рассмеялся он.

– А зачем вы спрашиваете? – смутилась я ещё сильнее.

– Да так… Хочешь денег заработать?

– Ну, вообще да. Они ведь лишними не бывают? – безо всякой задней мысли ответила я.

– Совершенно верно. Сколько за ночь возьмёшь?

– Что? – задохнувшись от смущения, переспросила я. – Я не понимаю…

– Да всё ты понимаешь, Кристиночка, – в этот момент Давид Андреевич положил мне руку на бедро и повёл ею вверх, собирая подол платья. В полнейшей растерянности я перевела взгляд с его руки на лицо.