– Если не возражаете, я вернусь в офис.

Никто не возражал. С ней попрощались, и Виолетта Степановна уехала. Мария проводила гостей в большой трехкомнатный номер, известив, что в их распоряжении весь дом, включая кинозал, столовую, гостиную и, если понадобится, финскую баню.

Предположив, что последняя заинтересует Сергея, Полина взглянула на мужа и, не разглядев в его лице заинтересованности, удивилась. С ним что-то происходило, но она не понимала, что именно.

Предоставленный номер оказался прекрасно оборудованной квартирой, где в каждой комнате в высоких вазах стояли живые цветы. Помимо трех комнат, в номере имелась небольшая, но удобная кухня. По замыслу, она существовала лишь для того, чтобы сварить чашечку кофе, однако при необходимости здесь можно было не только приготовить борщ, но и пожарить котлеты.

Обнаружив в спальне кровать, застеленную превосходным сатиновым бельем, Полина поняла, что и в остальном их отдых будет проходить по высшему классу.

Она подошла к окну, сдвинула тюль и посмотрела на заснеженный лес.

– Добро пожаловать в рай…

Сергей обнял ее за плечи и, наклонившись, прошептал:

– Рай – это намного выше.

После обеда Сергею Дуло позвонил Кирилл Мельников.

– Прости, что не встретил.

– Часа через два приеду. Выпьем, посидим…

– И поговорим, – напомнил Сергей.

– Поговорить нужно, – каким-то другим, тусклым голосом произнес Мельников. – Тимур будет чуть позже.

– Сегодня вызывали к следователю. Приеду, все расскажу. – И, словно не желая продолжать эту тему, Кирилл поинтересовался: – Как жена? Как дочь?

– Пошли гулять в лес. Им все понравилось. Послушай, на кой черт ты купил этот дом? – спросил вдруг Сергей.

– Почему именно здесь?

– Ах, вот ты о чем… – Немного помолчав, Кирилл ответил: – Земля в этом районе самая дорогая. Так что ничего кроме бизнеса.

– Дело твое, но лично меня никакие шкурные интересы не заставили бы вернуться сюда, – сказал Дуло.

– Могу переселить вас в другое место.

– Понимаю тебя… Уж мне-то как никому другому известно, о чем идет речь.

– Мы остаемся здесь. Жду тебя через два часа.

Отключив телефон, Сергей подошел к окну, сунул руки в карманы и уставился на коричневый ствол сосны. Задумавшись, он медленно перекатывался с пятки на носок и обратно.

– Папа, папа! Мы с мамой бабу лепили! – прозвучал за его спиной Лидочкин голос.

– Снежную. – Полина изучающе взглянула на мужа: – У нас ничего не случилось?

– Нет, ничего. – Он сдержанно улыбнулся.

– У тебя такое лицо, как будто ты смерть с косой повстречал.

– Не говори глупости. Просто подумал: на улице стемнело, а вас еще нет.

Полина присела, чтобы снять с дочери облепленные снегом ботиночки.

– У нас будут гости?

– У Марии на кухне дым коромыслом.