Зелимхан отпирался, Рашид сверкал очами и пытался воздействовать на боевого брата. Костя, как обычно работал буфером, а Петрушин откровенно поглаживал рукоять своего боевого ножа. Во взгляде мастера ратного дела легко читалось самое простое желание: прекращайте болтать и отдайте его мне на десять минут...

— Нам надо поговорить на своём языке, — не выдержал, наконец, Рашид. — Не возражаете?

— Валяйте, — кивнул Костя. — Мы не гордые, потерпим.

— Ты чего тут комедию ломаешь? — Рашид сразу перешёл на чеченский. — Ты с кем говоришь? Ну посмотри на меня, посмотри — это же я! Может быть, ты забыл, кто я такой?

Рашид за нас, он не сказал Зелимхану, что я знаю чеченский. Спасибо. А Зелимхан, естественно, и в голове не держит, что кто-то из федералов может знать его родной язык. И правильно, в общем-то, делает — таких федералов у нас единицы, по пальцам можно пересчитать...

— Я вижу, что это ты, — в голосе Зелимхана угадывались плохо сдерживаемое негодование и непонимание происходящего. — Только я не понял... Это точно ты?

— Где мой командир, который научил меня всему? Куда он делся?

— Я что-то не понял...

— Как ты мог продаться этим собакам, Рашид? Я просто не могу поверить своим глазам... Если бы мне кто-то сказал об этом, я бы за такие слова убил его на месте!

— Ты маленько за речью следи, мальчик... — Рашид тихонько выдохнул, сдерживая приступ гнева. — Я никогда и никому не продавался. Просто эти люди...

— Это не люди, это собаки, — перебил его Зелимхан. — Зачем ты их сюда привёл? Об этом месте знаем только ты и я, все остальные, которые знали, уже мертвы. Ты хоть представляешь, что теперь со мной будет? Мне теперь при любом раскладе светит пожизненное. И я хочу тебя предупредить — я живым не дамся...

— Они ничего тебе не сделают, — Рашид мельком оглядел нас, в его взгляде читалось сомнение — не уверен он был, что мы и в самом деле вот так запросто отступимся от его кунака, коль скоро сотрудничество не состоится. — Они... Они сейчас помогают мне. Это не я на них работаю, а наоборот...

— Ты их нанял, что ли? — Зелимхан криво усмехнулся — в самом деле, объяснение вышло не очень убедительным. — Зачем?

— Тут не всё так просто, как кажется, — Рашид тяжело вздохнул. — Это долгая история, сразу не объяснишь...

— Да ничего, расскажи. Мы вроде никуда не торопимся. Куда теперь торопиться...

— В общем, мне нужен Абу, — заявил Рашид. — Потому что...

— Скажи лучше, что он им нужен, — угрюмо пробормотал Зелимхан. — Это будет понятно.

— Нет, он нужен мне лично, — уточнил Рашид. — Понимаешь?

— Не понимаю. Объясни, может, понятно станет...

— Ты мне лучше скажи, что тебе от Абу надо? Или Абу от тебя?

— А ты слышал, что с моим братом случилось?

— Слышал. Я скорблю вместе с тобой...

— Ты меня знаешь.