Кеошерийки на редкость благодарны и ценят такое, — отозвался я, с опаской поглядывая в лес.

Было дело — я действительно спас Агату, когда она, не рассчитав силы в схватке с двумя троллями, лежала на обочине, истекая кровью от жутких ран. Кстати, и один тролль был ей повержен, а второй сбежал. Не представляю, как она смогла убить одного из них. Ее оружие — недлинные баллок. Их лезвия явно коротки, чтобы достать до сердца чудовища. В тот день я случайно оказался рядом, имея в котомке два дорогих эльфийских эликсира. За каждую склянку в Китеже мог получить рублей по семьдесят, а то и больше. Для меня в ту пору даже пару рублей — приличные деньги, которых хватило бы на ужин и ночлег. К счастью, боги вразумили меня, и полутора сотне рублей я предпочел сохранить жизнь существу, ставшему мне другом.

За кустами началось самое интересное: Агата принялась пронзительно орать. Вы слышали когда-нибудь, как трахаются больные на голову кеошерийки? От их воплей мороз по коже. Если бы я рискнул попробовать это с ней, то у меня бы от ее воплей упал бы член. Хотя, может наоборот — лопнул от избытка эмоций.

— Безумие какое-то, — высказался рыжебородый, поглядывая на кусты. — Что они там такое делают⁈ Наши настоящие боги этого точно не одобряют. Человек создан для человека. И Сварог, и Крон видят все это с небес. Прямо сейчас видят! Все будет отмечено в великих книгах вечных.

Я сразу не ответил. Может, быть да. Может, он прав. Но есть и другие боги. Например, наш славянский Велес, который бог колдовства и тайных знаний. Слышал, будто он сам в таинственной связи с демоницей. А если брать эльфийских богов, которые Вятичевском княжестве стали все более почитаемы, то там тем более все весьма неблагопристойно.

И я спросил рыжебородого:

— Разве ваша княгиня Ольга не призывает чтить эльфийских богов? У вас же теперь многие порядки стали заморскими. Так чего теперь сокрушаться о записях в книгах Сварога? — честно говоря, божественные игры мне были похрену, но имелась обида, что Вятичевское и Дубличевское княжества все больше попадали под эльфийское влияние, и остроухие чувствовали себя на этих землях хозяевами. Дошло до того, что по дорогам возле Дублича расхаживали их патрули, а в храм Эйлиэн едва ли не насильно загоняли людей, раньше вполне счастливых верностью Сварогу.

От моих вопросов стражник помрачнел и сказал:

— Нет, Ольга Васильевна к эльфийским богам никого не толкает. Слухи это. Хотя по чести, ей мало дела и до наших богов. Все безобразие начал ее муж, который теперь в Вятиче не появляется. Говорят, околдовали его чертовы леадорцы. Теперь он душой с ними. Живет себе в садах под Тиирлиэном, о нас совершенно забыл и даже о своей супруге не помнит.