Не знаю, что мне в этот момент захотелось больше: смеяться или плакать. Видя выражение моего лица, коша с пониманием добавила:

— Да, да, понимаю. Это уже перебор. Давай лучше поговорим о сейфе. Видно по всему, настрой у тебя серьезный, и ты сегодня трахнешь это стальное чудовище.

— Кош, «трахнешь» — здесь не совсем верное слово, — я все-таки улыбнулся. — Но я постараюсь войти в его глубины. И очень надеюсь, что карта этой ночью будет у нас. Хочешь, поделюсь дурной новостью?

— Ага, — с улыбкой сказала она.

Пока коша перерисовывала с Самсунга материал для перевода, я вывалил ей весь утренний разговор с Элиан об эльфе, опознавшем меня. Добавив в конце, что теперь этот мудозвон знает, где меня искать, на случай если решится свести счеты.

— Твоя Элиан — хорошая девочка, — сказала кеошерийка. — Вообще, тебе всегда достаются хорошие девочки. Вот, например, я, — она зашипела от смеха. — Если серьезно, то теперь тебе требуется больше осторожности. Впрочем, что я говорю? Это пустое сотрясение воздуха. Если этой ночью карта окажется у нас, то незачем больше ходить в их миссию. А в большом Вятиче они тебя или, вернее, нас, замучаются искать.

— Нет, кош, в миссии есть некая хорошая девочка, и я не могу и не хочу рвать отношения с ней, — отозвался я. — Давай, прогуляемся немного, заглянем к обеду в «Карась и Щука», навестим Ставрова и потом ты проводишь меня в миссию. Буду готовиться к судьбоносному вечеру.

Отобедали мы сегодня раньше положенного и, отягощенные тремя порциями карасей на двоих, потопали в сторону книжной лавки. Я бы к Ставрову сегодня не заходил — зарисовки для перевода легко могла передать Агата. Но была небольшая надежда, что хитрый старичок все-таки соизволит рассказать хоть что-то полезное о таинственной госпоже Латее. И вышло так…

Илья Васильевич, как обычно, решил напрячь нас своим чаем. Деваться было некуда и мы согласились. Уже по пути в его темную комнату, которая без окон, но, слава богам, с дверью, Агатушка мне шепнула:

— Он хочет, чтобы мы обоссались!

— Я все слышу! — сообщил хитрый старичок, шагавший шагах в семи от нас.

И когда началось чаепитие, похожее здесь на особый ритуал, с обязательным явлением его полненькой служаки и наполнением чаш ароматным и горячим напитком, я снова прицепился к старичку с вопросом:

— Ну, Илья Васильевич, что-то удалось выяснить по госпоже Латее? Ведь мы с Агатой понимаем, что вы очень способны выведать даже такие тонкие вещи. Понимаете ли… Путь в спальню княгини только через Латею — иных способов пока не вижу, — сказал я, поднося чашку ко рту. — А чтобы действовать через Латею, нам важно понимать, кто она во дворце. Действительно ли ее возможности так велики, как то она сама говорит.