Марта была все эти годы для нее отличным товарищем, которому Тринити могла довериться в любой ситуации. И девушка ценила это, понимая, что другой такой подруги ей просто не сыскать.

Между тем Марта занималась делом. Она сосредоточенно группировала одежду Тринити, смешивая уже готовые наряды друг с другом и ища новое решение. Наконец с победным кличем она кинула отобранные вещи подруге, напутствуя ее словами:

– Чтобы через пять минут ты была уже готова!

Когда Трини вернулась, Марта довольно улыбнулась.

– Супер! – высказалась она.

Трини была с ней абсолютно согласна.

Она никогда бы не додумалась соединить черные облегающие атласные брюки от костюма с вязаной из хлопковых нитей черной кофтой свободного покроя, сквозь крупный сетчатый узор которой просвечивал ярко-салатовый топ. На шею Трини одела подвеску из светло-зеленых камней, по оттенку как раз совпадающих с топом. Вид был необычный, и в то же время наряд очень подходил девушке.

– Спасибо, – поблагодарила она подругу. – Честно говоря, в последнее время голова у меня забита совсем другим. Я только сегодня сообразила, что даже не помню, когда в последний раз была в магазине.

– Это досадное упущение, – согласилась с ней Марта. – Но сегодня мы больше не будем об этом думать. А отправимся на встречу с прекрасным.

С этими словами она демонстративно прошествовала к выходу.

– Надеюсь, ты со мной? – обернувшись, весело осведомилась Марта у Тринити.

– Спрашиваешь, – рассмеялась та. – Конечно с тобой.

И они покинули квартиру, чтобы провести вечер «среди высокого искусства», как провозгласила Марта.

Народу было много. Марта мелькала среди гостей, здороваясь со всеми и обмениваясь новостями.

Трини вскоре надоело следовать за ней, словно хвостик, и она предпочла в одиночестве прогуливаться по огромному залу, в котором были выставлены работы. Иногда останавливаясь перед одной из них, иногда просто скользя взглядом, девушка обходила картину за картиной, думая совсем о другом.

Ее больше увлекали ресторанные дела, которым она посвятила все последнее время. Жизнь захватила ее в свою круговерть и понесла вперед, заставив подчиняться неистовому ритму. Она забывала обо всем на свете, кроме своего «детища», когда входила в просторный зал «Фортуны», преображавшийся с каждым новым днем.

..

Размышляя о том, где бы найти подходящего повара, и анализируя сведения о других ресторанах, которые стекались к ней через знакомых и рабочих, Трини и не заметила, как обошла несколько малых залов, которые включала выставка, и вновь оказалась в большом.

Она остановилась перед композицией, представленной посередине огромного пространства, и... замерла, потому что напротив, в толпе гостей, увидела мачеху, величественно идущую под руку с каким-то мужчиной.